Возможно, стоит пояснить разницу между синхронизацией из thread/process-safe и синхронизацией с помощью Lock🤔
Наша задача — заставить разные процессы и потоки обращаться к базе данных (или любым другим ресурсам) последовательно. Чтобы не случилось так называемого race condition, то есть состояние гонки. Это когда разные потоки или процессы пытаются одновременно что-то сделать с одним и тем же ресурсом.
В этом случае нам нужна какая-то логика ограничения. Пока один процесс не завершил своё действие, другие не могут получить доступ к ресурсу.
Так вот, thread-safe и process-safe означает что отдельно взятые операции записи в БД гарантированно будут последовательны. Запросы из разных процессов или потоков выстроятся в очередь и не будут мешать друг другу. Лучше всего когда этот блок реализован на уровне БД в виде атомарных операций или ещё как-то.
Но зачем нам тогда еще дополнительный Lock?
Этот способ синхронизации используется когда процесс никак не укладывается в одно действие и должен сделать множество операций прежде чем дать доступ следующему. В этом случае процесс ставит некий глобальный Lock на ресурс и никто другой, даже получив законное право на доступ, не может ничего сделать. Все ждут пока этот Lock не будет снят.
Это решается на уровне приложения и правильность реализации полностью в вашей ответственности. Например, если забыли разблокировать или сделали перекрёстный Lock (Deadlock как на картинке), то всё зависнет в бесконечном ожидании.
#basic
Rumi died on December 17, 1273. He was a Persian poet and Sufi mystic known for his spiritual poems about love and God. His famous work, the Masnavi, teaches deep lessons about life and faith. Rumi’s poetry helps many people find meaning in everyday life.
[Source]
If you feel inspired share your or Rumi's poetry.
@googlefactss
#Rumi#Poet#Sufism#Love#Spirituality#Masnavi📜❤️
Во второй половине XVI века идея «контрмиллениального суверенитета» — светской власти, сакрализованной вне ожидания конца времён — получила развитие в трёх мусульманских империях: Могольской, Османской и Сафавидской.
В Индии, при дворе Великого Могола Акбара (1556–1605), эта концепция была обогащена гностическим суфизмом и адаптирована под индуистскую духовность. Напротив, в Узбекской империи, куда контрмилленаризм был занесён иранскими эмигрантами, он уступил место суннитскому мышлению и восстановлению чингизидской легитимности. Османская империя, восприняв суверенитет как форму «божественного халифата», отвергла шиитско-суфийскую философию власти в пользу суннитской теории халифата, подчинив духовную и правовую сферы султану как главе шариатской иерархии.
Даже в Иране идея сакрализованной монархии оказалась нестабильной. После утверждения шиизма как государственной религии в XVI веке, Сафавиды установили двойственную политику: они сделали шиитскую иерархию основой религиозной жизни и одновременно сохранили орденский суфизм (в лице кызылбашей) как идеологию армейской элиты. Однако при этом жёстко подавлялись все иные суфийские ордена, за исключением временно терпимого ордена Нематоллахи.
После падения Сафавидской державы и начала правления династии Каджаров в конце XVIII века, религиозное лидерство окончательно перешло к независимой шиитской иерархии. Ага Мохаммад Хан Каджар основал новую империю при активной поддержке шиитских улемов. Его преемник, Фатх-Али Шах, официально признал правовую зависимость от моджтахедов, что означало снижение монаршего статуса — шах оставался светским главой, но религиозная власть теперь принадлежала духовенству.
При этом шиитская иерархия начала кампанию против суфизма. Наиболее жестокие репрессии обрушились на орден Нематоллахи. Его лидер Масум Али Шах, вернувшийся из Индии, стал объектом гонений. В 1790 году толпа, подстрекаемая влиятельным моджтахедом Ака Мохаммадом Бехбехани — прозванным «суфи-кош» (убийца суфиев), — растерзала его ученика Моштака Али Шаха. Сам Масум Али Шах был убит около 1800 года, а оставшиеся суфии были изгнаны, арестованы и преданы суду за ересь.
Несмотря на эти гонения, орден Нематоллахи выжил. При шахе Мохаммаде (1834–1848) давление ослабло, и даже суфий получил пост премьер-министра. В конце XIX – начале XX века орден сохранился в двух ветвях: одна — аристократическая, с центром в Тегеране (во главе с Сафи Али Шахом), другая — в сельской Гонабаде (с лидером Нур Али Шахом). Обе линии дожили до эпохи Пехлеви, свидетельствуя о стойкости суфийской традиции в условиях давления шиитской ортодоксии и государственной централизации.
— Saïd Amir Arjomand, Kings and Dervishes. Sufi World Renunciation and the Symbolism of Kingship in the Persianate World, University of California Press, 2025. pp. 266-268
#sufism#safavids#qajars#суфизм#сафавиды#сефевиды#каджары