Вторая по частоте future-функция, которую я использовал, это абсолютный импорт
from __future__ import absolute_import
Что она делает?
Изменения, которые вносит эта инъекция описаны в PEP328
Покажу простой пример.
Допустим, есть такой пакет:
/my_package
/__init__.py
/main.py
/string.py
Смотрим код в my_package/main.py
# main.py
import string
Простой пример готов) Вопрос в том, какой модуль импортируется в данном случае? Есть два варианта:
1. модуль в моём пакете my_package.string
2. стандартный модуль string
И вот тут вступает в дело приоритет импортов. В Python2 порядок следующий: помимо иных источников, раньше ищется модуль внутри текущего пакета, а потом в стандартных библиотеках. Таким образом мы импортнём my_package.string.
Но в Python3 это поведение изменилось. Если мы указываем просто имя пакета, то ищется именно такой модуль, игнорируя имена в текущем пакете. Если мы хотим импортнуть именно подмодуль из нашего пакета то, мы должны теперь явно это указывать.
from my_package import string
или относительный импорт, но с указанием пути относительно текущего модуля main
from . import string
Еще одной неоднозначностью меньше 😎
Подробней про импорты здесь:
https://docs.python.org/3/tutorial/modules.html
#2to3#pep#basic
AI-Driven Election Disruption Tops Global Risks in 2024, Davos Survey Reveals
Greetings, everybody! The World Economic Forum's "Global Risks Report 2024" underscores that the most significant global risk this year is the potential interference by artificial intelligence in elections. The report ranks AI-generated misinformation and disinformation, and their implications for societal polarization, as more concerning than traditional threats like climate change, war, and economic instability.
With the ability to construct models influencing large voter populations, AI's role in elections has become a focal point of apprehension. The report urges global leaders to prioritize cooperation and establish safeguards against emerging disruptive risks.
#AIDisruption#GlobalRisks#Davos2024
🚢Топ-глобальные риски 2026: прямые последствия для судоходства.
По оценке World Economic Forum, ключевые глобальные риски 2026 года распределяются следующим образом: геоэкономическая конфронтация (18%), государственные вооружённые конфликты (14%), экстремальные погодные явления (8%), дезинформация (7%) и социальная поляризация (7%).
Для морской отрасли приоритетными остаются три блока:
Геоэкономическая конфронтация (18%) усиливает санкционную фрагментацию, перераспределение торговых потоков и рост комплаенс-рисков. Это напрямую влияет на структуру фрахтовых маршрутов, страховые премии и доступ к финансированию.
Государственные конфликты (14%) увеличивают риски для судоходства в стратегических проливах и экспортных регионах. Рост военной напряжённости отражается в повышенных военных премиях, изменении маршрутов и удлинении рейсов, что влияет на предложение тоннажа и ставки.
Экстремальные погодные явления (8%) усиливают волатильность портовой инфраструктуры и логистики: задержки, ограничения осадки, перебои в работе терминалов. Климатический фактор становится не только ESG-вопросом, но и прямым драйвером операционных рисков.
Дополнительное влияние оказывают технологические риски (включая киберугрозы — 3%) и дезинформация (7%), способные дестабилизировать цепочки поставок и финансовые рынки.
В совокупности 2026 год формирует для судоходства среду повышенной неопределённости, где ключевыми становятся гибкость флота, диверсификация маршрутов, страховое покрытие и продвинутый риск-менеджмент.
📌World Economic Forum - международная неправительственная организация, основанная в 1971 году в Швейцарии. Штаб-квартира расположена в Колонь (Cologny), кантон Женева. Организация является независимой некоммерческой структурой и финансируется за счёт членских взносов и партнёрских программ с глобальными корпорациями.
#GlobalRisks#ShippingRisk#Geoeconomics#MaritimeSecurity#SupplyChains