Post #1701

Острова и патроны Бывая полон космической злобы, приходил я к берегу, откуда смотрел на острова и патроны. На островах горели огни, в пещерных домах, похожих на головки сыра, жили женщины, которых я убил, во гневе или по распоряжению. Островов было много, целая гряда. Я не видал архипелага сверху, но думал о нем, как о спирали, что заворачивает свой рукав противу солнца. Патроны я приносил с собой, перебирал в ладони четырех любимчиков: тупоносого, глупого Кругляха Кицу, нас познакомил залетный жиган, вжал наган в самое брюхо и туда же разрядился, белого, до блеска полированного Дона, дожидался меня в винтовке, она лежала с самого краю, точно не желала делить крышу с убийцей, тот уже окочурился, смотрел на меня непонимающим мальчишечьим взглядом, глаз-то я ему и высек, сел на крыше, свесил ноги, нож о куртку его вытираю и свищу, настроение такое хорошее, подцепил винтовку, весу в ней, как во флейте, патрон мне в руки и упади, Крамм — черный, как из угля точеный, дьяволова пуля да в картонном кителе, пережил со мной двести нападений, тридцать охот, пять самоубийств и свадьбу, ух и крут этот Крамм, бешеного нраву, поэтому с ним ладит Лали — стеклянная, ненастоящая пуля, подарок, я знал, что выпущу ее в сердце той, кого решусь убить навсегда. Я приходил сюда, желая пробить себе пулей висок, перенестись туда, где жили женщины, которых я убил. Остаться на островах. Потом я возвращался, пил ледяной цикорий, кашлял с самокрутки, крутил новые, про запас, из газеты или путевого листка, давил таблетки, прикручивал керосинку, но так, чтобы язычок пламени трепетал, обещал, винился. Засыпал в узкой, как гроб, кровати, открывал глаза, утро? вечер? сморкался, обжигался морковным чаем, шел в контору, открывал гроссбух, или как там он нынче, дышал на пальцы, грел в ладони пузырек с чернилами, ждал пока за фанерной стеной с грохотом опростается Гольдман, он выходил, поправлял китель, приглаживал волосы, бил кулаком в дверь и орал конвойному: «Заводи». Следующие восемь часов были длинными. Я старался не смотреть в лицах тех, кого подписывал, катал меж пальцами Лали и думал об островах, мечтал о теплом дуле у виска. Иногда я даже улыбался. #писатьбольшенекому#япишуэтовосне