Post #669

В трамвай входит пьяница, кто же еще, Ведь ты проезжаешь кварталы трущоб, Где жизнь человека не принята в счет И речка гнилая меж блоков течет. В голове бытовые вопросы, Хорошо хоть не платишь за воздух. «Когда мне приходилось непросто, – Писал обезумевший Бродский, – Я жрал свои папиросы». Он тоже в моем кармане, На серой дешевой бумаге. Мы с Иосифом катим в трамвае В декорациях польских окраин. Может быть, доберемся до рая. Ты здесь не услышишь родимого «чё?», Луна светит ярко, но не горячо, Трамвай тормозит, сумка режет плечо, И тут входит Бродский, а кто же еще.