Маленький Вук или сказки Черкизовского леса

20 апреля 1914 года родился Георгий Костылев, бесстрашный ас Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза. Георгий Костылев родился в городе Ораниенбауме Санкт-Петербургской губернии. Окончил 9 классов, школу Осоавиахима, а в 1934 г. - Центральную летную школу в Тушино. 18 августа 1939 г. он был удостоен почетного удостоверения "За отличную технику пилотирования и акробатическое летное мастерство". После призыва в ВМФ в 1939 г. он служил в частях истребительной авиации, воевать начал с советско-финской войны, за которую был награжден орденом Красного Знамени. В апреле 1942 г. за 233 боевых вылета, 59 воздушных боев, 9 лично и 34 в группе сбитых самолета противника он был представлен к званию Героя Советского Союза. 23 октября 1942 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях с врагами, удостоен этого высокого звания. Но после 1942 года Костылев не получил ни одной награды, хотя всего за войну совершил более 400 боевых вылетов, 112 воздушных боев, сбил лично 22 и в группе 34 самолета противника. Таким образом военные тыловые чиновники мстили ему за дерзновенную смелость не только в бою, но и в быту. Всё дело в том, что после присвоения звания Героя Советского Союза командование предоставило Костылеву краткосрочный отпуск с выездом к одинокой матери в блокадный Ленинград. Во время отпуска Герой случайно попал в гости к тыловому офицеру. Там гостей потчевали изысканными яствами .Как позже рассказывали сослуживцы Костылева, сын блокадницы, он, не на словах знавший цену блокадным мытарствам, в благородной ярости разнес это "гнездо пира во время чумы": разбил стоявшую перед ним посуду, и опрокинул майора интендантской службы. Костылева не спасли ни слава лучшего летчика Балтфлота, ни Золотая Звезда. Уже через несколько дней он был лишен офицерского звания, наград и в чине красноармейца направлен в штрафбат на Ораниенбаумский плацдарм - в места, где прошло его детство... Штрафники сберегли летчика. В апреле 1943 года он вновь поднял свой истребитель навстречу врагу и в первом же бою сбил финский "фиат", прижав второй к воде, приказал ведомому атаковать его - очередь последнего была также точной... После этого боя Костылев был назначен командиром звена и, сражаясь после штрафбата в составе 4-го ГвИАП на самолёте Ла-5, лично сбил 9 самолётов противника, из них 3 FW-190. Так, 22 июля 1943 года пара Ла-5 из 4-го ГвИАП атаковала три звена IV.JG 54. "Фокке-Вульфы" хауптмана Рудорффера и его ведомого были повреждены, а вся группа - рассыпалась. Эрих Рудорффер над своей территорией воспользовался парашютом, а его ведомый фельдфебель Рудольф Гереке (27 побед) погиб. За мужество, проявленное в боях, к 1944 году Костылеву вернули все награды и звание майора. Вскоре после этого он был назначен главным инспектором ВВС Краснознамённого Балтийского Флота по истребительной авиации. Несмотря на то, что ему категорически запрещалось выполнение боевых вылетов, лётчик при каждой возможности нарушал этот запрет. Прилетая в полки с инспектированием, он летал на боевые задания, одерживал победы, но никогда не брал официальных подтверждений и, соответственно, не записывал сбитых на свой счёт, отдавая их тем, с кем летал в бой. Так, 21 июля 1944 года "Фокке-Вульфы" над Балтийским морем подверглись атаке двух Ла-5ФН из 3-го Гвардейского истребительного авиаполка, которые уничтожили три машины. Победы были одержаны гвардии майором Костылевым и лейтенантом Прасоловым, однако первый участвовал в вылете неофициально и не состоял, на тот период, в составе 3-го ГвИАП. После окончания войны, до 1953 года, Георгий Дмитриевич Костылев служил в авиации ВМФ. Умер 30 ноября 1960 года. По завещанию самого Костылева, он был похоронен на мемориальном кладбище защитников Ораниенбаумского плацдарма в Ломоносове, там, где мальчишкой он бегал за грибами, а во время войны с винтовкой в руках стоял насмерть в боях с врагами, будучи красноармейцем штрафной роты штрафбата.

Я и мое вечное желание спать

Вук в Максе

Как с задумчивых сосен струится смола, Так текут ваши слезы в апреле. В них весеннему дань и прости колыбели И печаль молодого ствола. Вы листочку сродни и зеленой коре, Полудети еще и дриады. Что деревья шумят, что журчат водопады Понимали и мы — на заре! Вам струистые кудри клонить в водоем, Вам, дриадам, кружить по аллее… Но и нас, своенравные девочки-феи, Помяните в апреле своем! Марина Цветаева Художник Олег Молчанов

Его полотна, наполненные чарующим колоритом, пронизанные светом, тёплые, лирические несут и радость жизни, и энергетический подъем, покоряют позитивным взглядом художника на окружающий мир. Юрий Анатольевич Обуховский (1965 год) Окончил живописное отделение Пензенского художественного училища имени К.А. Савицкого. Он работает в жанре пейзажа – пишет свои работы маслом и акварелью, развивая и продолжая традиции русской школы живописи в направлении "романтический реализм". Художник начал участвовать в выставках в России и далеко за её пределами с 1989 года. Юрий Анатольевич живёт и работает в Москве.

Помню, как незадолго до инсульта батюшка практически часами сидел на своем диванчике в Переделкино, склонившись над Евангелием и подолгу размышляя над той или иной строчкой или притчей… И как-то окликнул меня — он весь словно лучился от счастья и умиления: "Вот послушай скорее, послушай как кротко, деликатно, как милостиво ведет Себя Господь!". И дальше последовал крошечный отрывок из Евангелия от Луки, в котором Господь, попав в дом к Симону, обратился к нему: "Симоне, я имею нечто сказать тебе"… Батюшка прочел это с невероятной нежностью, словно видел перед собою живой прекрасный образ своего кроткого Спасителя, и заплакал… Монахиня Евфимия (Аксаментова)

#святойдня

Чем дольше человек сидит без дела, тем больше расслабляется, а чем больше работает, тем сильнее становится. Помимо того что работой он отгоняет от себя печаль, ещё и помогает себе духовно. Преподобный Паисий Святогорец

Немцы рвались к Москве. Враг оказался у стен столицы. Казалось, ещё один шаг — и Москва падёт. Но именно в этот момент зародился план, который стал символом первого крупного наступательного успеха Красной армии в войне с вермахтом. Это была операция «Елецкая» — дерзкая попытка окружить и уничтожить врага, которая докажет всему миру, что германская армия не столь непобедима, как думали многие. Начало декабря 1941 года. Генерал Фёдор Костенко получил задачу, от которой зависело не только состояние южного фланга советских войск, но, может быть, и исход всей битвы за Москву. Елецкая группировка немцев, представлявшая собой 34-й армейский корпус, успела закрепиться на этой территории и угрожала нашему наступлению. Чтобы нанести удар, Костенко пришлось выполнить сложнейшую операцию по скрытному перемещению войск — передислокацию такой же дерзкой, как сам наступательный план. В зимней тьме наши кавалерийские и пехотные части совершили невозможное, пройдя десятки километров по вражеским тылам. Малоизвестный факт: некоторые кавалерийские подразделения не просто преодолевали преграды, но и шли под прямой угрозой налётов врага, оборудуя временные укрытия среди холмов и оврагов. Лёд и мороз делали передвижение невыносимым, но это была цена чтобы стать невидимыми. Ни один разведывательный самолёт врага не донёс командованию немцев об этой опасности. 6 декабря 1941 года началось молниеносное наступление, поставившее Елецкую группировку на грань катастрофы. Наши войска выдвинулись двумя ударами — c юга и с севера. Враг не ожидал такого манёвра. Наконечником южного удара стала легендарная кавалерия, специально подготовленная для боёв в условиях зимнего леса. На севере наступали соединения генерала Городнянского, которые действовали моментально, углубляясь в неприятельские тылы. Уличные бои в самом Ельце — одна из самых драматичных страниц операции. Немецкие войска отчаянно сопротивлялись, отражая атаки благодарящих за каждую улицу бойцов 148-й стрелковой дивизии. Но их успех был лишь иллюзией. Тем временем клещи удара костенко системат закрывал вплотную.

Люблю гулять в Гольяново

Знаешь, я хочу, чтоб каждое слово этого утреннего стихотворенья вдруг потянулось к рукам твоим, словно соскучившаяся ветка сирени. Знаешь, я хочу, чтоб каждая строчка, неожиданно вырвавшись из размера и всю строфу разрывая в клочья, отозваться в сердце твоем сумела. Знаешь, я хочу, чтоб каждая буква глядела бы на тебя влюбленно. И была бы заполнена солнцем, будто капля росы на ладони клена. Знаешь, я хочу, чтоб февральская вьюга покорно у ног твоих распласталась. И хочу, чтобы мы любили друг друга столько, сколько нам жить осталось. Роберт Рождественский