Африка+

Причины визита папы Римского в Алжир Раскол на Западе ведёт к тому, что Ватикану как никогда раньше нужна в Африке собственная политика и опора. Хотя папу и связывают с демократами в США (папа критикует Трампа, а Трамп — папу), католическая церковь продолжает защищать традиционные семейные ценности и поддерживать диалог с Россией. Африканская паства и африканские кардиналы, тем временем, играют в Ватикане всё большую роль. И африканцы, в отличие от европейцев, в церковь ходят, поэтому именно с глобальным югом Ватикан связывает своё будущее. В Алжир папа едет по приглашению президента Теббуна, это первый в истории визит в страну. Он имеет важное личное значение знание для папы: Лев XIV — первый папа-августинец за последние 160 лет. А святой Августин родился, жил и умер в Алжире, был бербером по происхождению. С другой стороны, католическая церковь нуждается в расширении глобальной сети контактов в меняющемся мире и стремится выстроить надежные коммуникации с незападными лидерами. В контексте кризиса на Ближнем Востоке диалог с Алжиром, чье влияние на энергетических рынках и в региональной политике растет, имеет важное значение для папы, который понимает, что Запад теряет полноту глобальной власти. Кроме того, визит имеет и еще одно, малозаметное измерение. Это визит не столько к пастве, сколько к лидерам. К патриархам африканской политики, которых никогда даже самые смелые сторонники не называли «демократическими». Это авторитарные лидеры, добрые католики, но что ещё их объединяет? Они все экспортируют в Европу нефть и газ, и что ещё важнее — они имеют влияние в ОПЕК. Для Европы с момента основания ОПЕК очень важно, чтобы чтобы эта организация не стала филиалом Организации исламского сотрудничества (а именно в таком качестве её видели страны-основатели). И сейчас, когда конфликт на Ближнем Востоке обострился, позиция «католического меньшинства» в ОПЕК может оказаться важной. Кроме того, Европа начинает подозревать заговор ближневосточных стран с США, направленный на рост цен на нефть и газ и (важное США) экономическое удушение ЕС. #религии

В Давосе подписан устав организованного Трампом Совета мира. Среди 23 стран, подтвердивших участие, — Марокко и Египет. Ни одна из стран к югу от Сахары приглашения присоединиться к совету не получала. Во-первых, Совет создавался в первую очередь для содействия завершению кризиса в Палестине. В этом контексте приглашение Египта объяснимо его исторической вовлечённостью в конфликт — сначала как участника, затем как посредника. Марокко же стало одной из первых стран арабского мира, подписавших соглашение о нормализации отношений с Израилем ещё в период первого срока Трампа. И Марокко, и Египет — важные опорные точки США в регионе; оба государства имеют статус «основного союзника США вне НАТО» (в Африке такой же статус у Туниса и Кении). Во-вторых, администрации Трампа было непросто подобрать партнёров в Африке южнее Сахары. Традиционный выбор для большинства международных организаций — ЮАР, однако отношения США с Преторией в последнее время напряжённые. Правительство АНК последовательно поддерживает Палестину и подало иск в Международный суд ООН против Израиля: и Израиль, вероятно, заблокировал бы членство ЮАР в Совете мира, даже если бы речь о нём зашла. Непростые отношения у США и с Нигерией — в памяти ещё свежи обвинения в геноциде христиан и авиаудары по целям в Нигерии на рождество: вроде бы официальные власти на них сами согласились, но, скорее, от безысходности. На место в Совете могли бы претендовать Эфиопия, ДР Конго, Гана, Сенегал и ряд других стран, однако в Вашингтоне, возможно, усомнились в их готовности заплатить 1 млрд долларов за постоянное место в организации. Наиболее предпочтительным вариантом могла бы стать Кения — союзник США и одна из влиятельных региональных сил, — но и она не получила приглашения, а министр иностранных дел Кении уже осторожно раскритиковал инициативу: «лучше реформировать ООН, чем создавать параллельные процессы». Тунис — другой союзник США — не имеет дипломатических отношений с Израилем и, вероятно, по этой причине также не мог претендовать на членство в Совете. Скорее всего, состав участников будет неоднократно меняться. Трамп, судя по всему, стремится придать Совету роль института глобального управления. В Африке в сфере интересов Трампа уже вошли конфликты ДР Конго и Руанды, Египта и Эфиопии, Сомалиленд, внутренние дела ЮАР, — и это только то, что совсем на поверхности. В своем нынешнем составе «Совет мира» вряд ли сможет как-то участвовать в их разрешении, что, может быть, и не плохо для Африки. И отчуждение её от Трампа постепенно растёт. #Марокко#Египет#Трамп#США#Израиль

Трамп ввел визовые ограничения для граждан 16 стран Африки. Разбираемся в деталях: 16 декабря 2025 г. президент США Дональд Трамп подписал прокламацию об ограничении въезда иностранных граждан в целях «защиты безопасности Соединенных Штатов», который расширяет ранее введённые ограничения. Из 20 новых стран, против которых введены ограничения, 16 — африканские. Визовые ограничения теперь введены против 26 стран Африки. Самые жёсткие ограничения введены против 12 стран Африки. Среди них Республика Конго, Ливия, Судан, Чад, Экваториальная Гвинея и Эритрея, против которых ограничения были введены летом. 16 декабря к ним добавились Буркина-Фасо, Мали, Нигер, Сьерра-Леоне и Южный Судан. Ограничения предполагают запрет на выдачу новых виз всех типов, но сохраняется возможность въезжать в США для обладателей гринкарт и дипломатических виз. Список сопровождается обоснованием причин, по которым введены ограничения, большинство из них сводятся с вопросами безопасности и отказам этих стран принимать депортированных граждан. Против 14 стран Африки введены частичные ограничения: к Бурунди и Того добавились Ангола, Бенин, Габон, Гамбия, Замбия, Зимбабве, Кот-д’Ивуар, Мавритания, Малави, Нигерия, Сенегал и Танзания. Частичные ограничения предполагают приостановку выдачи самых распространённых типов виз: деловых, туристических и учебных виз. Основной критерий включения в этот список — доля просроченных виз, у большинства стран в списке она превышает 10%. По данным Госдепа США, в декабре 2024 г. гражданам стран Африки выдано 33 тыс. неиммиграционных виз. Самая распространённая группа от виз — B1/B2 (деловые и туристические визы), она составляет 72% от всех. Больше всего виз выдано гражданам Нигерии (7,5 тыс.), Египта (4,8 тыс.) и ЮАР (3,1 тыс.), а также Марокко, Эфиопии, Ганы, Кении, Зимбабве, Туниса и Уганды. На 12 стран, против которых были введены самые строгие ограничения, приходилось всего 6% выданных виз. Частичные ограничения имеют куда большие последствия — на 14 стран пришлось уже 36%. Ужесточение визовых требований — еще одно проявление курса США на постепенное сворачивание политики открытых дверей для Африки, который сохраняется на протяжении последних 30 лет. Оно будет иметь прямое влияние на интенсивность деловых контактов США, особенно с Нигерией, Сенегалом, Танзанией и Кот-д'Ивуаром. Параллельно с визовыми ограничениями сокращается и прямое авиасообщение между США и странами Африки — так, с марта 2026 г. United перестанет летать по маршруту Вашингтон — Дакар. Как и в случае с введением пошлин на экспорт из Африки, США решают свои внутренние проблемы (дефицит торговли, безработица), и отношения с Африкой становятся вынужденной жертвой. На фоне ужесточения визовой политики США долгосрочное преимущество в развитии отношений с Африкой получат те страны, которые пойдут по пути постепенной отмены ограничений. #США#Трамп#визы

11 декабря лидеры Мали, Буркина-Фасо и Нигера утвердили устав Конфедеративного банка инвестиций и развития Альянса государств Сахеля (BCID-AES). Событие знаменует переход от военно-политического союза трех стран к экономической интеграции, — по крайней мере, попытку перехода. Подписание было приурочено ко встрече министров экономики и финансов в Бамако, и там же будет располагаться штаб-квартира банка. Мали продолжает закреплять свой лидерский статус в сахельской тройке. Верховным органом управления назван совет министров финансов стран-членов. Капитал банка составит 500 млрд франков КФА (примерно 820 млн долл.), часть уже внесена государствами-членами, дальнейшее финансирование планируется обеспечить за счет взносов: 5% налоговых поступлений — ок. 500 млн долл. (в 2023 г. в Буркина-Фасо собрали 4 млрд долл. налогов, в Мали — 4,6 млрд, в Нигере — 1,4 млрд). 0,5% импортных пошлин — ок. 13,25 млн долл. (в 2023 г. в Буркина-Фасо собрали 291,4 млрд франков КФА импортных пошлин, в Мали — 758,5 млрд, в Нигере — 555,9 млрд). Итого порядка 513 млн долл. в год Банк учреждается для финансирования проектов по развитию инфраструктуры (дороги, транспорт, энергетика) и сельского хозяйства. Главы государств уже назвали первые проекты, которые профинансирует банк: строительство Транссахельской железной дороги и создание совместной авиакомпании. (Решения по финансированию ещё, конечно, не приняты, — поэтому речь, скорее, о приоритетных проектах для рассмотрения). Создание банка может стать важным шагом на пути появления автономного финансового контура на пространстве АГС, который в перспективе может привести к формированию собственных суверенных фондов и резервов государствами Сахеля, а там и к поиску альтернатив франку КФА, который, как и все финансовые системы АГС, привязан к евро. Пока страны Альянса действуют осторожно и сохраняют членство в зоне франка КФА (показательно, что и их банк будет работать в этой валюте). Примечательно, что и штаб-квартира ЗАЭВС продолжает работу в Уагадугу, а Банк развития ЗАЭВС в 2024 г. выделил 197 млн долл. на проекты в Мали и Буркина-Фасо. #Сахель#АГС#Мали#банки#финансы

Отмена Китаем пошлин на импорт из Африки Пока все обсуждали судьбу AGOA, регулировавшего беспошлинную торговлю по отдельным категориями товаров между США и африканскими странами (нефтепродукты, фармацевтика, текстиль и др.), КНР продолжила укреплять торговые связи с Африкой. В прошлом году, на саммите КНР—Африка Пекин заявил о намерении отменить пошлины на все товары, экспортируемые из Африки. Для беспошлинного доступа на китайский рынок необходимо подписать рамочное соглашение, а затем обсуждать поэтапную отмену пошлин. К июлю 2025 г. такие рамочные соглашения были подписаны с 31 страной. Ангола, Бенин, Бурунди, Габон, Гамбия, Гана, Гвинея-Бисау, ДР Конго, Джибути, Замбия, Зимбабве, Кения, Коморы, Кот-д’Ивуар, Либерия, Ливия, Мавритания, Мадагаскар, Республика Конго, Сан-Томе и Принсипи, Сейшелы, Сенегал, Сомали, Сьерра-Леоне, Уганда, ЦАР, Чад, Экваториальная Гвинея, Эфиопия, Южный Судан. Показательно, что переговоры по заключению рамочных соглашений с Алжиром, Египтом, Нигерией и Танзанией пока продолжаются. В ноябре 2025 г. было подписано первое соглашение, уже непосредственно об отмене пошлин: с Республикой Конго. Всё больше стран переходят к тем или иным формам беспошлинной торговли с Африкой — ЕС, США, теперь и Китай. Для Китая — обнуление пошлин на импорт из Африки не только возможность привязать к своему рынку целые отрасли в долгосрочной перспективе, но и способ поддержания макроэкономической стабильности стран Африки, выравнивания торгового баланса и укреплению роли юаня в Африке. Китай при развитии отношений со странами Африки продолжает заимствовать наиболее удачные форматы у конкурентов / партнёров, в первую очередь у ЕС. Форума партнерства КНР — Африка были вдохновлены саммитами ЕС — Африка, вот и теперь в «рамочных соглашениях» и поэтапной асимметричной отмене пошлин достаточно легко узнаётся опыт ЕС с соглашениями о об «экономическом партнерстве» (EPA). #Китай#торговля#долги

Как изменилась стратегия США в Африке при Трампе? Вопреки громким шагам по сворачиванию сотрудничества (новые пошлины на экспорт, визовые ограничения, сворачивание помощи по линии USAID и, наконец, «изгнание» ЮАР из G20), Африка по-прежнему занимает в стратегии заметное место: так, будто США теперь стремятся к примерно тем же результатам, но уже за существенно меньшие деньги. Хотя тематическое наполнение раздела про Африку в стратегии и сохранилось, многие смысловые акценты претерпели важные изменения. Раздел завершает стратегию и начинается с критики: «Слишком долго политика США в Африке фокусировалась на <…> либеральной идеологии». Далее текст стратегии стал менее конкретным и более тезисным: пропали упоминания отдельных стран и организаций, описание глобального контекста. Как и в байденовской стратегии от 2022 г. США выражают намерение содействовать урегулированию конфликтов (пропала только увязка демократии и миротворчества). Среди кризисных точек указаны ДРК и Руанда, Судан, а также треугольник Эфиопия — Эритрея — Сомали. В сфере безопасности США также намерены следить за исламистами, «избегая долгосрочного присутствия и обязательств». Из блока по безопасности также пропало противодействии России и группе «Вагнер». Видимо, сохранятся, хотя и в реформированном виде, и основные государственные программы по сотрудничеству с Африкой в сфере экономики – в частности, выражено намерение «доработать» (to amend) подходы в области инвестиций и помощи (отдельно упомянут AGOA). «Транзакционный» подход США, ориентированный на торговлю и инвестиции, проявляется в приоритизации сотрудничества с «компетентными» и «надёжными» государствами. То есть среди потенциальных партнёров будет что-то вроде конкурса, и не осталось (или почти не осталось) стран, которые представляют особенный интерес заведомо, вне зависимости от того, какой оборот принимают отношения с ними (как было раньше). Сократилось и число приоритетных отраслей, перечисленных в стратегии: полностью пропали медицина, цифровая экономика, продовольственная безопасность, климат. Акцент администрация Трампа сделала на двух секторах, «обещающих хороший доход на вложенный капитал»: энергетика и разработка критических минералов. При этом развитие при поддержке США технологий в сфере атомной энергетики, сжиженного углеводородного газа (СУГ) и сжиженного природного газа (СПГ) «поможет» США в борьбе за критические минералы и другие ресурсы. #США#Трамп#безопасность#стратегии#ресурсы

Подписанное между ДРК и Руандой в Вашингтоне соглашение вряд ли повлияет на динамику конфликта на востоке Конго. Вчерашнее соглашение о мире между ДР Конго и Руандой, подписанное в Вашингтоне президентами Чисикеди и Кагаме — далеко не первое и, к сожалению, вряд ли последнее. До устойчивого мира в восточной части ДРК по-прежнему очень далеко. Как и раньше, ключевую роль в подобных договорённостях играет фигура посредника. Вашингтон стремится сохранить и точечно укрепить влияние в Африке, переходя к более «экономному» и прагматичному формату долгосрочных сделок. И Руанда, и ДРК — в числе ключевых партнёров США в регионе. Парадокс в том, что их конфликт дает США дополнительные возможности и сохранять рычаги давления, вести переговоры об освоении целевых природных ресурсов в контексте «мирных сделок». Переговорщики Трампа разделили проблему на 2 корзины, оставив Трампу его любимые «критические минералы» и мир между двумя враждующими президентами, Чисикеди и Кагаме. На Чисикеди и Кагаме соглашение не налагает существенных обязательств: для первого это победа, потому что ВС Руанды должны быть выведены с территории ДР Конго, для второго – потому что Киншаса должна прекратить поддержку и разоружить «Демократические силы освобождения Руанды» — незаконное формирование, которое официальный Кигали считает прямым наследником режима, совершившего геноцид 1994 г. Имплементация любой части соглашения рискует увязнуть, например, на этапе согласования очередности шагов по разведению, разоружению, выводу сил. Наконец, за рамками переговорного трека остаются и другие группировки действующие в регионе. Обсуждение ключевого для ДР Конго конфликта проходит параллельно — в Катаре — между движением М23 и правительством ДР Конго при участии США и Афросоюза. И исход переговоров в Катаре может оказать некоторое влияние на динамику конфликта. Руанда не признаёт себя стороной конфликта, называя его внутренним делом ДР Конго. Стратегия Кигали может заключаться в том, чтобы добиться признания М23 в качестве самостоятельного политического субъекта и стороны переговоров, сохранив при этом дистанцию от обязательств, которые группировка может взять на себя. #ДРК#Руанда#ТПИ#США

Госдолг стран Африки перед Россией, по данным Всемирного банка, на конец 2024 г. составил 4,5 млрд долл. Всего России на государственном уровне должны 11 стран: Египет, Замбия, Кот-д'Ивуар, Республика Конго, Мадагаскар, Мозамбик, Сомали, Судан, Танзания, ЦАР и Эфиопия. В большинстве случаев речь идёт об остатках советской задолженности (в среднем — ок. 40 млн долл. на страну). Единственное исключение — Египет, долг которого перед Россией составил 4,1 млрд долл. По сравнению с 2021 г. он увеличился почти в 4 раза — средства идут на финансирование АЭС «Эль-Дабаа», которую строит «Росатом». Всего на Россию приходится 3% египетского госдолга (для сравнения у Кувейта — 5%, Саудовской Аравии — 6%). За Египтом следуют Эфиопия (162 млн), Замбия (145 млн) и Мозамбик (52 млн). Важно учитывать, что это данные могут быть неполными — Всемирный банк учитывает только государственный долг и долг, гарантированный государством, и может не отражать часть долга, который формально записан на коммерческие структуры (например, за экспортные поставки). Можно отметить, что в последние годы из ключевых российских торговых партнёров (товарооборот в 2024 г. — 9 млрд долл.) только Египет получил заметный кредит (как известно со слов президента — на строительство АЭС «Эль-Дабаа»). Расширение отраслей и географии кредитной поддержки экспорта становится необходимым условием роста торговли: выручка от поставок в Африку из года в год формирует заметную часть валютных поступлений в Россию, и может стать существенно больше с кредитной поддержкой (причем рублевой) покупателей: но для этого необходима система оценки рисков и надежности заемщиков, которая учитывала бы не только политические факторы. #долги#ВсемирныйБанк#РоссияАфрика#Египет#Росатом

Один из лидеров Центральной Африки будет избран главой Афросоюза в начале 2026 года. На саммите Африканского союза в январе-феврале 2026 г. в Аддис-Абебе будет избран и вступит в должность 24-й, председатель этого объединения. Если в следующем году состоится III саммит Россия Африка, — то этот новый председатель Афросоюза будет также и сопредседателем нашего саммита. Согласно ротационному принципу, который пока не нарушался, этим председателем и будет глава одной из 9 стран Центральной Африки. «Центральная Африка» при этом понимается в соответствии с классификацией Афросоюза, которая отличается, например, от ООН. Согласно этой классификации, в число 9 стран субрегиона входит Бурунди, но не входит, например, Ангола (и президент Анголы — Жоау Лоуренсу — председательствует в Афросоюзе прямо сейчас, представляя соседний регион: Юг Африки). Главы государств Центральной Африки уже стояли во главе Афросоюза: в 2006 г. (президент Республики Конго), в 2011 г. (Экваториальной Гвинеи), в 2016 г. (Чада) и в 2021 г. (ДР Конго). Шансы этих стран на второй мандат в следующем году невелики, — опять же в силу сложившейся традиции страны не повторять. К тому же лидеры этих стран (за исключением Чада) ещё не успели смениться с тех пор, как возглавляли организацию (главы ЮАР и Мавритании избирались председателями АС дважды, но на то были свои исключительные причины, — и оба раза это были разные люди). В Афросоюзе стараются не назначать председателем и главу государства, которого ждут выборы (хотя исключения были и тут). В Сан-Томе и Принсипи выборы намечены на июль, поэтому президент этого небольшого островного государства также вряд ли будет претендовать на пост. Остаются ЦАР, Бурунди, Камерун и Габон, членство которого в организации было восстановлено весной 2025 г. после того, как возглавивший в 2023 г. переворот генерал Олиги Нгема избрался на пост президента с 90% голосов. У каждого кандидата есть свои преимущества, и для России все они выглядят приемлемо, как и в целом у нас ровные и дружественные отношения почти со всеми государствами этого субрегиона (Но также можно утверждать, что ни одна из этих стран не сможет, скорее всего, стать площадкой III саммита, хотя его пока что планируется провести в Африке). Мы советуем обратить внимание на Эвариста Ндайишимие — президента Бурунди. В феврале 2025 г. он стал первым заместителем председателя Афросоюза, а летом был назначен спецпосланником организации по Сахелю: в первую очередь для восстановления диалога с Буркина-Фасо, Мали и Нигером, членство которых в организации приостановлено. Плюсом будет также репутация Бурунди и Ндайишимие лично как нейтральных акторов и убеждённых сторонников интеграции в Африке. #Афросоюз#Бурунди#africanité

Налоговый спор между правительством Мали и канадской Barrick Gold вокруг комплекса месторождений Луло-Гункото закончился миром После громких заявлений, временного управления на руднике Луло-Гункото, исков в международный арбитраж, нагнетаний в СМИ и других драматических событий, включающих вывоз золота вертолётом и арест четырех сотрудников Barrick малийскими властями, — канадцы согласились выплатить около 430 млн долл. в обмен на возврат контроля над комплексом золотых месторождений Луло-Гункото. Поводом для конфликта стали результаты налоговой проверки за 2020–2022 гг., по итогам которой власти Мали обнаружили, что Barrick недоплатил в бюджет около 500 млн долл. (в виде налогов и роялти). Канадцы сначала согласились заплатить 85 млн долл., а теперь — еще 345 млн. Таким образом, Barrick успешно удалось оспорить около 70 млн долл. В целом, 430 млн долл. — небольшая цена за сохранение контроля над Луло-Гункото, где компания ежегодно добывает 15 т золота (около 1,2 млрд долл. в текущих ценах). Такие налоговые аудиты за длительные прошлые периоды — распространённая практика и в других странах, где у государства не хватает инструментов и ресурсов для мониторинга того, сколько добывается ресурсов, по каким ценам они экспортируются и сколько с этого причитается налогов в бюджету. Государство догадывается, что иностранный инвестор зачастую занижает показатели, чтобы сократить налогооблагаемую базу, поэтому иногда может предъявлять налоговые требования ретроспективно. При этом суммы таких требований зачастую определяются «на глаз». Например, тот же Barrick в 2019 г. заплатил правительству Танзании 300 млн долл. Ситуация с Barrick в Мали подтверждает общее правило: – в Сахеле, как и в большинстве других стран Африки, несмотря на военные перевороты и демонстративные изменения политического курса интересы иностранных инвесторов (в т.ч. западных), в целом, соблюдаются. Даже пример Orano в Нигере не опровергает это правило, так как французы отказались от старых и истощенных месторождений, на рекультивацию которых пришлось бы потратить миллионы долларов, или от ресурсной базы, рентабельность разработки которой не была доказана, к тому же получив право требовать с Нигера компенсации в международных арбитражах. Хорошо, если российское присутствие в Мали придаёт местным властям некоторую дополнительную уверенность в ходе споров с инвесторами из западных стран. Ещё лучше, если однажды в Мали появятся и российские инвестиции. #Мали#ТПИ#золото

Основные итоги мини-саммита США-Африка На «бизнес-ланч» Трампа с президентами Габона, Гвинеи-Бисау, Либерии, Мавритании, Сенегала, который прошёл вчера в Белом доме стоит обратить внимание не только из-за грубоватых ремарок Трампа и лести, на которую не скупились африканские лидеры, нахваливая его навыки переговорщика и игры в гольф. Формат обеденного мини-саммита был опробован Трампом еще в 2017 г. — тогда в нем приняли участие главы Нигерии, ЮАР, Эфиопии, Ганы, Гвинеи, Кот-д'Ивуара, Намибии и Сенегала. Обед в 2017 г. (организованный на полях сессии ГА ООН) так и остался единственной масштабной встречей Трампа с Африкой на первом сроке. В этот раз группировали страны, видимо, по региональному принципу (Западная Африка). Для США — этот регион ключевой: в последние годы активно развиваются отношения с Мавританией, удалось сохранить связи (в т.ч. и военные) с большинством государств Сахеля. Вероятно, не последнюю роль в приоритезации Западной Африке сыграл Массад Булос — спецпредставитель Трампа по Африке, сидевший по правую руку от него и улыбавшийся весь обед, бизнесмен ливанского происхождения, сформировал капитал на торговле автомобилями и запчастями в Нигерии и Буркина-Фасо. Подходы к Африке у Трампа не изменились – фокус на торговую дипломатию и «критические минералы». Африканские президенты подготовились ко встрече и, как и президент ЮАР Сирил Рамафоса месяцем ранее, предлагали американским компаниям инвестировать в добычу полезных ископаемых и поставлять больше товаров в их страны. Большинство африканских делегаций останутся в США еще на пару дней, чтобы уже не под камерами и без участия Трампа, который сам пока не демонстрирует большого интереса к Африке, обсудить ключевые вопросы в отношениях: тарифные пошлины (пока у всех присутствовавших базовые 10%) и судьбу AGOA, сотрудничество в сфере безопасности, ситуацию в Сахеле, финансовую помощь, travel ban, добычу полезных ископаемых, сохранение баланса между странами Запада и Востока. #США#Трамп#ТПИ

​​Африканская повестка на ПМЭФ-2025 Африканская составляющая ПМЭФ продолжает развиваться. К традиционным темам — образованию, энергетике, АПК и удобрениям — на форуме 2025 года добавились новые акценты: поддержка МСП, развитие российских франшиз; наметился выход новых заметных российских игроков на африканские рынки. Впервые на форуме появился национальный стенд африканской страны — ЮАР, а главным африканским гостем стал вице-президент ЮАР Пол Машатиле, который принимает участие в пленарной сессии. Прошли два содержательных бизнес-диалога — «Россия–Африка» и «Россия–ЮАР». Кроме того, министр энергетики Сергей Цивилев заявил о намерении посетить Африку, а Wildberries — о планах выхода на африканский рынок. Об Африке говорили на многих отраслевых и тематических панелях. Вспомнил о ней даже Вячеслав Фетисов — он посол доброй воли UNEP. ВШЭ подписала соглашение о сотрудничестве с Африканской энергетической палатой, эксперты Центра изучения Африки приняли также участие в круглом столе «Франчайзинг в новых реалиях: внутренний и международные форматы», где представили результаты исследования развития рынка франшиз в Африке. На диалоге «Россия-Африка» вчера было представлено 3-е, расширенное и дополненное издание нашего экспертно-аналитического справочника Africa 2025: Prospects and Challenges — с предисловием экс-президента Нигерии Олусегуна Обасанджо. Постепенно он становится настольной книгой африканской лидеров, занятых строительством суверенных институтов государственного управления. #ПМЭФ#Петербург#Africa2025