Журнал «Алиса»

Вне выпуска, из Дубая Спасибо всем, кто написал и спросил, как мы. Мы дома и ждём, когда это закончится. Мы смотрим в окно - из него видно берег Ирана и морскую обстановку. Иногда из окна видно вспышки и слышны хлопки, ночью - искры ПВО, но в целом мы сохраняем рутину: готовим, работаем, занимаемся с детьми. Не спускаемся в подвал — не хотим пугать детей, выбрали стратегию поддержания нормальности. Очень чувствуется сила комьюнити: люди приглашают друг друга в гости, делятся едой, молитвами, словами поддержки. В чатах внимательно следят за информационной гигиеной, останавливают фейки. Благодаря этому поток новостей остаётся спокойным и структурированным. Несколько лет назад в похожей ситуации всё было иначе — тогда это был режим срочного бегства. Семья была далеко и я спешила к ним. Сейчас — режим ожидания и внутренней собранности. Ну и никуда не уедешь особо. Тут все такое маленькое, маленькое, закрытое со всех сторон. Мы продолжаем работать. Новость застала нас во время детского мастер-класса, и мы спокойно довели его до конца. Для меня это важный жест: пока возможно пространство для позитивной совместности, сохраняется ощущение жизни. Надеюсь, что это не наша новая нормальность, что мы не входим в какую-то новую эру, а что вернется старая реальность - без хлопков и тревожных чемоданчиков, что это останется опытом и памятью, а не повседневностью.

Обладать идеями, которые пока ещё сами до конца не понимаем— это про коллекционирование искусства и полезно поперекладывать на другие сферы тоже Сегодня вышел 15-й эпизод Culture Mapping в новом экспериментальном формате: записью не в студии, а, так сказать, в полях. Полем стала новая галерея Dom Art Projects, а гостьями — её основательницы Аня Пумпянская и мой личный краш Алиса Багдонайте, автор идеи из заголовка. Этот выпуск посвящён тому, как искусство помогает выгребать иммиграцию и как коллекционирование помогает ответить на вопросы “где я, кто я и реально ли всё это существует”. И, пожалуй, в первый раз мы открыто поговорили о русских экспатах в Дубае, только не тех, которые на крипто-яхте, а тех, кто строит бизнес и вкладывается в культуру. Больше спойлеров не будет! Бегите смотреть, и давайте обсуждать → https://www.youtube.com/watch?v=wrx7qsOowcE ❤️

Выпуск #17, Art Basel Qatar Возвращаясь с Art Basel в Дохе, хочется прежде всего сказать: это было впечатляющее событие. Ярмарка-выставка, ярмарка-реванш красоты и культурной дипломатии и, безусловно, ярмарка тщеславия. При этом подобное расширение формата в сторону тотального кураторства неизбежно вызывает вопросы. В тот момент, когда ярмарка начинает работать не как рыночная платформа, но как инструмент культурного проектирования и государственного пиара, меняется сама логика её присутствия в экосистеме, особенно рядом с настоящими market-driven ярмарками, которые выросли как продукт живого рынка и спроса, а не были спущены «сверху». Это ставит в новое положение Art Dubai, которая сегодня оказывается в сложной ситуации и насыщенном, самом динамично развивающемся регионе, где рядом существуют крупные международные инициативы — Art Basel в Катаре и скоро Frieze в Абу-Даби. Возникает более широкий вопрос и о том, как подобные флагманские проекты могут повлиять на глобальную карту арт-ярмарок и на решения галерей, которым всё чаще приходится расставлять приоритеты между географической удалённостью, ресурсами и стратегической видимостью в этом регионе. Отдельного внимания заслуживает и вопрос устойчивости: как будет развиваться рынок в долгосрочной перспективе, если институциональный спрос опережает формирование широкой коллекционерской базы? Насколько прочными окажутся отношения и структуры, которые сегодня выстраиваются вокруг бренда ярмарки, её репутации и символического капитала? Тем не менее общий тон происходящего скорее позитивный. Мы видим, что организаторы особенно артикулируют стремление к устойчивому росту, а еще к формированию собственной глокальной позиции и голоса. Особенно важно, что художники региона оказываются представленными на равных с признанными фигурами международного арт-рынка, без иерархического разделения на «центры» и «периферии». Каким бы ни был выбранный путь развития, очевидно, что он уже вот прямо сегодня принес всем стейхолдерам ощутимые результаты. Ярмарка не просто переносится в новый контекст — она помогает этот контекст проявить, структурировать и сделать предметом разговора. В этом смысле она выполняет важную функцию видимости и артикуляции художественной сцены Ближнего Востока. В конечном итоге значимость подобных проектов определяется не только экономическими показателями, но и их вкладом в формирование истории и дискурса. И в этом качестве Art Basel в Катаре уже сейчас становится важной точкой фиксации и каталогизации художественных процессов региона, собранных усилиями художников и галерей со всего мира. Это было красивое и вдохновляющее событие — и, мы его запомним, вероятно, как переломную веху в истории ярмарок от рынка как платформы для сделок по покупке произведений искусства к ярмарке как подвиду дипломатии, где продаются и покупаются не столько объекты, обладающие художественной ценностью, но единицы, символического капитала, волшебные бобы, способные повлиять на геополитические процессы. На фото: MATT MULLICAN. NEW EDINBURGH ENCYCLOPEDIA, 1825 (1991), Galerie Thomas Schulte, стенд М108

Вне выпуска Мы виделись с Эриком Булатовым и Наташей дважды - на чаепитии в резиденции «Выкса» и вот недавно, в Париже пару недели назад. У меня не осталось фото - мне почему-то показалось неприличным, неуместным вторжением просить его фотографироваться, но зато есть на память книга , которую он мне подписал тогда в Выксе. Говорили у них дома в последний раз о ерунде: о шубах, об электрическом подъемнике, о сладостях, о кофе, о Брайтон бич, о первых путешествиях после отъезда, об антикварных покупках. Болтали в основном мы, девушки, и хлебали чай из фарфоровых чашек на кружевных подставочках. Эрик Булатов тоже пил чай, ел мадлены и конфеты, и слушал нас, и смотрел сквозь мою оболочку прямо в душу улыбающимся глазом. А потом он сказал, указав на окно: посмотрите на эту акацию. Она такая одна. Она позже всех зацветает в Париже, и позже всех отцветает. А потом мы помыли чашки и ушли. И сегодня он умер.

Счастливый художник – счастливая резиденция. Алиса Багдонайте, со-учредитель Ассоциации арт-резиденций. #определения_ААРР

Выпуск #16 Я так долгое время ничего не писала, потому что этот канал задумывался для того, чтобы приглашать вас на московские вернисажи, рассказывать о наборах заявок в резиденциях, а также проектах, к которым имею отношение. Мне было сложно просто поддерживать блог, потому что всякие промежуточные публикации как бы отрывают процесс от результата, останавливают меня посередине, когда я не готова делиться проектной формой. Это не значит, что ничего не происходило, просто было как-то странно делиться нерелевантной для многих из вас информацией. Но есть что-то, что я хочу рассказать здесь в первую очередь. Завтра в соцсетях выйдет сообщение о том, что галерея “Алиса” больше не существует. Что маленькая кураторская галерея “Алиса” растворится в большей институции в том виде, в котором мы умеем работать – с выставками, резиденциями, мастерскими и книгами. Что у меня теперь есть новый партнер, с которой мы все это делаем. Что всё это – в Дубае. Что мне не пришлось прощаться с художниками галереи, мы будем дальше работать. И завтра будет об этом всем пресс-релиз. А пока вам письмо строго между нами. Я очень волнуюсь и очень счастлива. Обнимаю вас и целую. P.S. Здесь теперь будет появляться больше местной информации, и я постараюсь постить регулярно. Для тех, кто не интересуется моими новостями за пределами России, наверное, вам пора отписаться, я вас все равно буду любить.

Практический путеводитель по Art Dubai Главное событие недели в мире искусства — масштабная ярмарка Art Dubai, чья ценность в её связи с локальным контекстом, фокусе на искусстве Ближнего Востока и Глобального Юга, а также в активном развитии цифрового искусства. Куратор и основатель Alisa Gallery Алиса Багдонайте сделала для ДЗЧ краткий практический гид по посещению выставки, включая рекомендации галерей и ценовые ориентиры. Культурный ликбез Для тех, кто любит искусство, занимается им профессионально или коллекционирует произведения, Art Dubai — одно из важнейших событий и одна из старейших ярмарок региона, история которой началась в 2007 году. В ней участвуют более сотни галерей со всего мира. Во время ярмарки в Дубай слетается огромное количество коллекционеров и арт-профессионалов, а параллельная ярмарке культурная программа задействует практически все культурные площадки от музея Шиндаги и Аль-Серкаля до Лувра. Открывают свои двери и частные коллекции. В этом году проведение Art Dubai совпадает с World Art Dubai, но их важно не спутать: это совсем разные ярмарки, у которых не пересекаются аудитория и контент. Что смотреть в 2025 Начнём с самых крупных и исторически важных галерей — и первой будет галерея Krinzinger, которая вместе с ещё несколькими десятками галерей во многом сформировала современный арт-рынок. Ещё одна легендарная галеристка на ярмарке — Almine Rech. Посетите стенд другой глобальной и суперизвестной галереи с французскими корнями — Perrotin. Также всегда шикарный и жирный стенд у Continua. Можно отвлечься от имён и просто фланировать между красивых стендов. Мой любимый — у Albarrán Bourdais. Если вы пришли на ярмарку для знакомства с местной художественной сценой, то посетите Isabelle, Meem, Lawrie Shabibi, Tabari Art Space, Carbon 12 и The Third Line. Эти галереи формируют местную сцену современного искусства, выводят на неё новые имена, которые последовательно растут в цене. Отрадно видеть на ярмарке соотечественников, а также галереи с постсоветского пространства: Грузию, Казахстан и Айзербайждан. На русском с вами поговорят на стенде NIKA Project Space, который они делят с галереей Iragui, в секции Digital обратите внимание на Сашу Фролову на стенде Koshta Collectivе, а также на Эллен Шейдлин. Какой толщины брать бумажник Проиллюстрирую широкий разброс цен. За 2000 долларов здесь можно купить живопись молодой индийской художницы Divya Singh. Акварели Никиты Алексеева — 3500 евро. 72 тысячи долларов за скульптуру Али Шерри или 5000 за бронзу Саши Фроловой. Марван 1974 года (портрет без названия) за 120 тысяч долларов, его же абстракция 1961 года — 400 000. Даже если вы ничего не покупаете, ярмарку можно смотреть как выставку: здесь много прекрасных работ и интересных художников, а также кураторских секций, например, BAWWABA, — это моностенды художников, как правило, из стран Глобального Юга. Важная особенность ярмарки Art Dubai — она супер динамичная: например, Art Dubai с 2022 года работает с цифровым искусством, поэтому здесь представлены работающие с digital галереи, платформы и проекты. Дополнительно я рекомендую обратить внимание на публичную программу, которая состоит из перформансов, экскурсий, публичных дискуссий, панелей и даже конференции Digital Summit. Программа очень насыщенная и качественная, так что есть повод посвятить искусству все выходные.

Алиса Багдонайте, арт-менеджер, куратор, основательница галереи «Алиса», организатор арт-резиденций «Заря» (2014), «Выкса» (2017), «Голубицкое» (2021), соучредитель Ассоциации арт-резиденций России. Все дороги ведут в сад Из текста Оливии Лэнг (цитату также приводила Мари Сокол) становится ясно, что слово «рай» (paradise) происходит с Ближнего Востока. Теперь я живу здесь — и в моих путешествиях, впечатлениях и книгах мир открывается мне с другой стороны. Дихотомия «Восток — Запад» приобретает для меня иные масштабы и глубину, чем, скажем, в «Заре» во Владивостоке. Я всё чаще вижу как общие значения, так и те, что вовсе не поддаются переводу. Сергей Аверинцев в «Образе античности», описывая первые встречи восточной и западной мысли, вызванные завоеваниями Александра Великого, писал: «Люди Востока, желавшие вынести на всемирный эллинистический рынок идей сокровища своей отечественной мудрости, обязывались предварительно облечь эти сокровища в упаковку греческих словесных форм — и, по возможности, также мыслительных форм». Слов и форм, как покажет история, не будет хватать очень долго. Недосказанность и противоречия, закрепившиеся по обе стороны этих встреч, сохраняются уже многие столетия. За пределами соперничающих империй — Римской и Персидской, воплощающих Запад и Восток, — жили люди пустынь и степей, с которыми и не воюют и не ведут дел (о последних, живших на территории современного Юга России, я много узнала во время работы в фонде искусств «Голубицкое», вокруг которого — раскопы курганов скифов и сарматов.). Судя по всему, потому что у степных народов была определённая репутация; римский историк IV века Аммиан Марцеллин, сам уроженец Сирии, писал: «Жители всех округов дики и воинственны и находят такое удовольствие в войнах и конфликтах, что тот, кто теряет жизнь в битве, считается счастливее всех остальных. Тех же, кто уходит из жизни естественной смертью, они осыпают оскорблениями, называя выродками и трусами» (XXIII, 6.44). Проходит время. Когда-то «дикие» территории становятся государствами. И оказывается, даже косвенную причину рождения нашей российской государственности можно увидеть в арабах. Вот что пишут А. Ахиезер, И. Клямкин и И. Яковенко в книге «История России: конец или новое начало?»: «IX век, к которому восходят истоки Киевской Руси, был веком хозяйственного оживления в Европе и поиска новых торговых путей, поскольку старые были блокированы захватившими часть континента арабами». Но несмотря на такие глубокие и древние связи, общий понятийный аппарат все равно работает с перебоями. Мы с коллегами сделали здесь в Дубае выставку искусства женщин. И нам действительно не хватало слов и «мыслительных форм» для переложения смыслов на местный контекст, а выразительность языка искусства не всегда могла это компенсировать. Мы и не слишком старались, помня уроки истории, в особенности о печальной судьбе переводчика Волкова, которую нам поведала Людмила Бредихина во введении к антологии «Гендерная теория и искусство»: «Когда вопрос перевода европейских терминов и понятий был особенно затруднителен, [Волков] покончил жизнь самоубийством, отчаявшись перевести на русский язык французские технические выражения по садоводству…» #цитата_ААРР

“Заметила ли ты исход русскоязычных мозгов из Дубая?” — спросил у меня коллега на этой неделе. Говорит, все его знакомые/коллеги за последние полгода съехали со своих Блувотерсов и отправились на поиски лёгких денег от шейхов счастья куда-то дальше. А мы вчера вечером выходили с новой выставки Алисы в Foundry и с гордостью обсуждали, как круто, что экспатами создаются такие вещи. Во-первых, по-настоящему качественные и красивые, а, во-вторых, не “снгшные междусобойчики”, а мультикультурные коллаборации. В моём пузыре такой тенденции нет, и наши клиенты — скорее стартапы, чем те, кому нужна “какая-нибудь виза” (хотя у нас есть такая категория в Базе знаний). Вижу всё больше историй “паровозиков, которые смогли”, и очень горжусь своими друзьями и клиентами❤️ А какая обстановка у вас в пузырях? Давайте телемост. P.S. Выше мои фавориты с выставки Fictional Landscapes в Foundry, душевный рекомендасьен, двери открыты до 15 декабря.

Выпуск #17, запрещенный Вернулась в Дубай, чему очень рада, хотя раньше улетать из Москвы никогда не хотелось. У меня был заготовлен текст с рассказом о моих замечательных достижениях, о том, как буду показывать на Cosmoscow Кирилла Макарова, Александра Паперно, Диану Шлиман, и как я жду встречи с вами, но интуиция подсказывала мне, что позитивный контент лучше пусть остается для других соцсетей. Здесь будем постить правдивое настроение. Со стенда прямо перед открытием убрали работу Дианы Шлиман, которая пространственно держала его композицию, и я всю оставшуюся часть ярмарки чувствовала себя голой. Думаю, нам не представить себе, как чувствовала себя художница. Одно утешение в том, что сейчас она в самолете и уже сегодня вечером прилетит в Дубай, и тут мы сделаем несколько скромных событий и откроем выставку с ее участием! После Дианы с такой же программой сюда прилетит и Ирина Затуловская, чью работу на Cosmoscow тоже запретили (это не связанные вещи - только горькое совпадение). Так, пристанище для запрещенных художников, ссылка в пустыне, превращается в стихийную резиденцию. Кто знает, может быть, она переродился в системную? Ближайшие события: Завтра, 1 ноября, 16:00 - приветственное чаепитие с Дианой Шлиман 6 ноября, 18:00 - мастер-класс по мокрому валянию шерсти, Bayt Almamzar 9 ноября, 16:00 - открытие выставки Fictional Landscapes (об этом будет отдельный выпуск) 10 ноября, 11:00 - кофе+ кураторская экскурсия + artist talk с Дианой Шлиман. Далее в ноябре: моя лекция,события с участием Ирины Затуловской, кураторские экскурсии по выставке Fictional Landscapes, поездка на ярмарку Abu Dhabi Art и многое другое. Всех целую

Стоит ли везти в Эмираты “культурные” бизнесы? Панельная дискуссия «Искусство и арт-бизнес в ОАЭ» Мы спланировали вечер среды за вас — не благодарите. Моя гипер-талантливая подруга Алиса запустила платформу WeCollect, чтобы объединить профессионалов и любителей современного искусства в Эмиратах. Первое мероприятие — панельная дискуссия «Искусство и арт-бизнес в ОАЭ», где я выступлю одним из спикеров. Мы поговорим о том, что мы вообще знаем о художественно инфраструктуре ОАЭ, почему культура здесь есть, и ещё какая, какие возможности для бизнесов в сфере искусства здесь есть (мой выход!), а также, как сотрудничать с государственными органами (мой второй выход!). Полный список спикеров: ✅Вероника Березина – коллекционер, галерист, основатель NIKA Project Space - платформы для художников из Азии, Ближнего Востока, Африки и Европы, открывшейся в Дубае в 2023 году и в Париже в 2024 году. ✅Анастасия Давыдова – соведущая подкаста "Culture Mapping”, соосновательница movingo, автор ТГ - канала “Thinks Poetic”. ✅Элен Левитт – арт-советник, коллекционер и основатель арт- инвестиционной компании ArtLevel (Дубай). ✅Светлана Мейер – консультант в области права и налогообложения для участников международного арт-рынка. Ждём всех без регистрации и смс: 📅 9 октября, среда 🕔 18:00 📍Al Safa Art & Design Library