📌 диакон Анатолий Медведев

Сегодня подумалось - богослужение это не про то, какая должна быть молитва, а про то какие мы здесь и сейчас. Мои мысли как обычно нуждаются в пояснениях, поэтому постараюсь раскрыть мысль чуть подробнее. Давайте представим себе идеальную молитву. Вряд ли она будет выглядеть как хождение со свечками, возглашения, обрызгивание водой с помощью специально придуманной для этого дела метелочки. Когда мы говорим о молитве нам хочется представлять себе сердце, наполненное любовью к Богу, хочется видеть доверительный разговор, настоящие слёзы покаяния... Всё это как будто находится диаметрально в противоположном направлении от поворотов через правое плечо и прочих странных ритуальных действий. Но на практике мы сталкивается с некоторыми проблемами. Нет у нас молитвы. Мы не умеем говорить с Богом как Иов, ни из облака ни из бури гласа Божьего не слышим. Потому что мы не праведники. И вновь, казалось бы, как нам поможет в этом деле строгий устав? А как ни удивительно, поможет. Потому что в отсутствии собственной молитвы мы обращаемся к опыту тех, у кого эта молитва была. Но это ещё пол беды, мы прикладываем всё своё старание, чтобы совершать эту молитву достойно. А достойно это как? Ну не отвлекаясь, красиво, степенно, по чину. Мы же по другому не умеем, будем хотя бы так. Поэтому строго формализованное богослужение это про то, что мы не совершенны. Это не Церковь заставляет нас делать странное, это мы по другому не понимаем. Но мы пытаемся научиться, бесконечно обращаясь к опыту Церкви. Главное не забыть, что мы учимся для того чтобы действовать, а не ради самого процесса. Своя молитва не просто нужна, а нужна очень, как дыхание. Без своей молитвы мы будто на искусственной вентиляции легких - живы, потому что Церковь поддерживает в нас жизнь. И это хорошо, правильно, но куда лучше для нас будет, если мы, продолжая находиться в нашей спасительной лечебнице будем дышать сами. Ведь так не только сами жить будем, но сможем помогать и другим. Христос Воскресе!

Сегодня два церковных года, как я служу в диаконском сане. Надо что-то написать по этому поводу. Ну, я однозначно могу сказать, что второй год был легче в практическом плане и намного сложнее в духовном. С практикой всё понятно - многократно повторенное усваивается лучше. Но при том стали проявляться мои старые внесистемные настройки, которые у меня стояли по дефолту. Я не люблю системных условностей и деланного благоприличия, которое часто пытаются выдать за смирение, мне не нравится строгая иерархия с вот этим всем раскланиванием и прочим политесом. Мне вообще много чего не нравится. Но то не недостаток окружения и служения, но мой личный. Вообще стало сложнее справляться со своими духовными ущербностями, но тут тоже всё понятно - с благодатью каждый может, а ты без неё попробуй. И всё же не могу сказать, что унываю. Я радуюсь, что Христос Воскрес из мёртвых и мне есть на кого уповать. Тем и живу!

Первое мороженое в этом году:)

Друзья. Мой ВиПиЭн приказал долго жить, временно подключился к бесплатному. Сколько это будет продолжаться я не знаю, но предлагаю подписаться на мои альтернативные площадки, куда я так же транслирую свои мысли. VK и MAX, (к нему скоро подключу комментарии) Телегу бросать не хочу и насколько хватит возможностей буду выкладывать контент и сюда. Спасибо, что читаете!

Мне кажется, что в древности люди что-то понимали. Вот взять Библию — кто даёт ссылки на страницы Библии? Никто. Все ссылаются на внутреннюю рубрикацию — главы и стихи. И если вы посмотрите работы различных древних авторов, то увидите, что их тексты также имеют довольно подробную внутреннюю рубрикацию, ссылки на которую в большинстве случаев будет достаточно для нахождения необходимого в тексте. Берём работы современных авторов — бесконечная колбаса текста. Чтобы оставить ссылку, необходим бумажный оригинал или PDF с вёрсткой, и ссылка на конкретную страницу. Причём в ссылке необходимо указывать конкретное издание, на которое ссылаешься. И я прямо сильно озадачен: почему в современных научных работах нельзя сделать вменяемую внутреннюю рубрикацию? И отменить уже этот странный способ цитирования с указанием издания и страницы, серии книг и т. д.! Представьте, как удобно: пишешь ссылку — автор, название, номер главы, номер абзаца — и всё! Ну и если это перевод, то с указанием того, кто переводил, конечно.

Христос Воскресе!

Отче, прости, Тебе не больно? Я постараюсь не ударить Тебя по пальцам, Вбивая гвоздь в Твою руку. Сыне, скажи, Тебе пить хочется? Вот, я принёс уксус Тебе, попей, пожалуйста. Воды не осталось, прости, я всю выпил. Друже мой, что же Ты, не печалься! Ради Тебя я выживу, и готов для этого даже Трижды сказать, что не знал Тебя. Вот как я люблю Тебя, Господи! Ничего не жалею для тебя, одного родного. Мёртвым ты лежишь предо мной, плащаницей обёрнут. Вспомни обо мне в Своём Царстве, пожалуйста.

Древний мегаполис жил своей жизнью. Люди спорили в сенате, смотрели комедии и трагедии, сочиняли стихи и читали сборники анекдотов, доказывали истинность тех или иных философских утверждений. Император обыденно интересовался тем, как исполняются его поручения, как успехи его легионов, как обстоят дела с налогами, хотя его мысли, вероятно, были заняты гладиаторскими боями. Никто в большом мегаполисе не хотел и не мог знать, каких разбойников и по какой причине приговорили на распятие в далёкой провинции. А даже если бы и узнали, то скорее всего спросили бы : «И что?» Смерть — это обыденность: на казни ли, от яда, на гладиаторской арене, от болезни или от старости, на войне ли, в мире ли. Что оттого, что кто-то умер? Смерть — это неизбежный итог. Ещё никто не знал, не мог предположить даже в самых смелых фантазиях, что в этот раз смерть проиграет.

Великий четверг. Все знают, о чём этот праздник, и я позволю себе обратить внимание на детали. Дело в том, что сегодня читался отрывок из книги Иова. Там в сокращении приводится речь Господа к Иову и финальный ответ страдавшего праведника. И единственный ответ, который был нужен Иову, — увидеть Бога. Ведь Иов звал Бога не для обличения, он и сам был готов себя обличить. Но для него ответом был сам Бог, живой, говорящий с ним. С тех пор всё стало гораздо проще, потому что Христос пришёл к каждому. Каждому принёс себя в жертву, каждому дал возможность богообщения. Нам осталось лишь говорить так же верно, как раб Божий Иов, задавать нужные вопросы, и ответом на них будет встреча со Христом.

Вчера вспоминали благую весть о рождении Христа, а сегодня вспоминаем то, как Он был предан своим учеником. Через послушание, смирение и покорность Божественной воле Господь воплощается в этот мир. И через следование своей воле, своему желанию Господь был отдан на распятие. Это два вектора нашей жизни, которые, мне кажется, являются ключевыми, и по большому счёту это единственное место, в котором мы можем и должны применять истинную свободу воли. Такой вот парадокс: реализация свободной воли заключается в добровольном отказе от неё. И даже больше — в продолжительном, последовательном отказе. Мы должны раз от раза на протяжении жизни бить себя по рукам и говорить: «Не как я хочу, а как Ты хочешь». И всякий раз, когда «как я хочу», мы присоединяемся к Иуде. Но Господь относится к нам с пониманием и знает, что вот это вот пресловутое «как я хочу» делает нас нами, мы себя через это определяем, и оторваться от этого бесконечно сложно. Поэтому Господь даёт нам возможность постоянно возвращаться и готов прощать до бесконечности. И только через эту милость мы и можем быть спасены. Поэтому нет разницы, сколько хорошего или плохого в жизни ты сделал. Если ты отдал свою волю Ему, твоя жизнь в Его руках, и надёжнее вложения представить нельзя. Впереди самые важные дни года. Всех люблю.

Доброе праздничное утро! Мы все сталкиваемся с такой ситуацией, что переживать одни и тежетсобытия из года в год одинаково остро не получается. Где-то быт заест, где-то обида помешает, а иногда просто не выспишься. И вот уже история о том, как Господь на ослике входит в Иерусалим, чтобы быть преданным, распятым, сойти во ад и воскреснуть - всё это становится неким фоном, возможно праздничным, возможным тревожным. И единого рецепта что с этим делать нет. Но иногда помогают изменения - прочитать Евангелие в другом переводе, или помолиться своими словами, или встать пораньше перед службой и просто посидеть в тишине. Нарочно сделать всё так, как прежде не делал... В моем случае это иногда дает много сил служить и радоваться!