Банкротный Волк

​​Когда деньги не имеют значения В банкротстве ООО «ТрансРесурс» Надежда Соколова купила у ООО «РММ» право требования к должнику на 20,6 млн руб. и попросила суд заменить кредитора в реестре. Конкурсный управляющий возражал: по его мнению, это была не обычная покупка долга, а попытка бывшего руководителя должника Павла Зезюлина сохранить влияние на процедуру банкротства через своего представителя. Что решили две инстанции Соколова ранее представляла интересы Зезюлина по доверенности в этом же деле о банкротстве. Первая инстанция и апелляция признали договор цессии ничтожным, фактически притворным, и исключили ООО «РММ» из реестра. Логика была простая: деньги по договору формально прошли, но экономический смысл сделки и связь покупателя с КДЛ выглядели слишком подозрительно. Кассация переосмыслила Окружной суд указал: само по себе представительство по доверенности еще не доказывает аффилированность. Доказательств того, что Зезюлин передал деньги Соколовой на покупку долга, тоже нет. Но это не спасло покупателя долга. Суд произвел правопреемство, но понизил очередность требования Соколовой до очереди, предшествующей распределению ликвидационной квоты. То есть деньги заплатили. Цессию признали заключенной. Но в реестр на равных с независимыми кредиторами не пустили. А это значит, что прав обычного кредитора в деле о банкротстве у Соколовой не будет (и следовательно возможности полноценно влиять на процедуру тоже). Почему это дело интересно? 1. Договор цессии, по которому реально передавались деньги, суд все равно может признать ничтожным. В этом деле нижестоящие суды увидели в сделке притворную конструкцию. Как итог - первоначального кредитора исключают из реестра, а правопреемника в реестр не пускают. 2. Даже если суд признает цессию заключенной, а оплату реальной, требование могут понизить при малейших сомнениях в связи правопреемника с должником или контролирующими лицами. 3. Аффилированность здесь подтверждали не через родство или корпоративный контроль, а через представительство. Соколова была юристом Зезюлина по доверенности в деле о банкротстве. 4. Суд изучал не только факт оплаты, но и экономическую цель покупки требования по номиналу к банкроту. Аргумент, что ради выплаты мораторных процентов на сработал. Важно В банкротстве теперь недостаточно сказать: «Я купил долг и заплатил деньги». Суд задаст следующие вопросы: Зачем покупать требование к банкроту по номиналу? Где экономический смысл? Почему именно сейчас? Нет ли за покупателем должника, КДЛ или субсидиарного ответчика? На мой взгляд, в этом деле мы видим практическое применение подходов Пленума ВС РФ от 23 декабря 2025 г. № 41 «Об установлении в процедурах банкротства требований контролирующих должника лиц и аффилированных лиц должника», который я недавно обсуждал с коллегами Пленум прямо говорит: суд должен смотреть не только на формальные документы, но и на фактическую аффилированность, экономический смысл сделки и попытки восстановить контроль над процедурой банкротства через реестр кредиторов. Вывод простой. Теперь любая цессия в процедуре банкротства будет под пристальным вниманием суда. Если конкурсный управляющий или кредиторы заявят возражения, покупателю придется объяснять и подтверждать не только платеж, но и коммерческую логику сделки. Довод «купили по номиналу, чтобы получить мораторные проценты» может не сработать. Что делать? 🔹 Заранее выстраивать стратегию. Для этого нужна подготовка к банкротству, а не работа «с колес» 🔹 Покупать право требования лучше заранее, а не в момент, когда КДЛ уже начинают привлекать к субсидиарке. 🔹 Договор цессии должен быть оформлен «по умному». Например, через инкассо-цессию, т.к. в этом случае не возникает вопросов с оплатой. 🔹 И естественно, ни о какой аффилированности правопреемника с должником или КДЛ не может быть и речи. ✌️Если с телегой проблемы, читайте мой канал в МАХ

Банкротный Волк pinned «​​Как записаться ко мне на консультацию? Мы упростили запись на юридическую консультацию, теперь можно просто написать в личные сообщения мне, автору этого канала, Андрею Григорьеву (не заполняя форму заявки как раньше). Вы пишите, а мы в течение рабочего…»

​​Как записаться ко мне на консультацию? Мы упростили запись на юридическую консультацию, теперь можно просто написать в личные сообщения мне, автору этого канала, Андрею Григорьеву (не заполняя форму заявки как раньше). Вы пишите, а мы в течение рабочего дня связываемся и помогаем в решении юридической задачи. Чем мы с командой можем быть полезны? 1️⃣Ведем сложные арбитражные дела: споры с государством, большая сумма требований, неоднозначная трактовка закона и отсутствие судебной практики - все это к нам! 2️⃣Выигрываем корпоративные битвы: от разработки переговорной позиции до судебного решения 3️⃣Защищаем от субсидиарной ответственности: финансово-юридический анализ ситуации, разработка стратегии, защита в суде 4️⃣Спасаем в банкротстве: защищаем контролирующих лиц, помогаем сохранить бизнес и договориться с кредиторами, выйти из банкротства с минимальными потерями 5️⃣Взыскиваем долги: весь спектр механизмов от переговоров до банкротства и привлечения к субсидиарной ответственности. От нас не уйдет ни один должник Нужен совет адвоката по сложной бизнес-ситуации или защита в суде? Напишите прямо сейчас👇

​​Возврат займа учредителю: оспоримая сделка, убытки или субсидиарка? #2 Вывод для предпринимателей Простой возврат себе займа в течение трех лет до банкротства — это не «обычная хоз. операция», а потенциальный банкротный спор. Деньги могут потребовать обратно в конкурсную массу. Особенно если компания уже была в кризисе, имела просрочки перед независимыми кредиторами, налоговой, а участник получил свое раньше остальных. Можно, конечно, попытаться заранее выстроить схему финансирования так, чтобы потом деньги невозможно было взыскать обратно. Но и это не гарантирует в будущем отсутствия споров о субсидиарке. При оформлении любых заемных отношений с участниками организации и аффилированными лицами необходимо учитывать такие факторы: экономическая цель, платежеспособность компании на момент возврата, отсутствие предпочтения перед другими кредиторами (обязательства, перед которыми возникли раньше чем займ и остаются не исполненными на момент возврата займа). Подпишитесь на канал в МАХ, чтобы не терять связь: https://max.ru/bankrotwolf

Возврат займа учредителю: оспоримая сделка, убытки или субсидиарка? #1 В банкротстве обычные бизнес-операции могут обернуться большими проблемами. Так простой возврат займа учредителю становиться предметом судебного спора. Именно с таким делом разбирался Верховный Суд РФ. Фабула дела Участник должника предоставил компании заем на 94,4 млн руб. под 1% годовых. Перед банкротством должник вернул участнику 85 млн руб. Управляющий и кредиторы посчитали это выводом активов накануне банкротства и попытались привлечь участника к субсидиарной ответственности. Первая инстанция отказала: возврат займа сам по себе не стал причиной банкротства. Апелляция и кассация решили иначе: признали возврат займа изъятием компенсационного финансирования и взыскали 85 млн руб. как убытки. Но Верховный Суд все отменил и вот почему. Займ или компенсационное финансирование — в чем разница? Обычный займ — это когда компания реально получает деньги и реально должна их вернуть. Компенсационное финансирование — это когда участник или контролирующее лицо финансирует компанию в период имущественного кризиса, фактически подменяя до-финансирование компании займом. То есть вместо того, чтобы увеличить уставный капитал, внести вклад или честно признать проблему и начать банкротиться, бизнес продолжает какое то время жить на деньгах собственника, оформленных как заем с последующим желанием собственника такой займ себе вернуть. Однако, в банкротстве на такой заем смотрят иначе. Формально-юридически это долг, который надо вернуть. С этим никто не спорит. Но по экономическому смыслу и с точки зрения логики Закона о банкротстве и судебной практики — это попытка собственника поддержать компанию «на плаву», не раскрывая до конца риски перед кредиторами. Поэтому требование участника о возврате такого финансирования могут понизить в очередности. А если деньги уже вернули перед банкротством — эту выплату могут оспорить как подозрительную сделку. Но есть важный нюанс: оспорить сделку — не значит автоматически взыскать убытки или субсидиарку. Логика ВС РФ такая. Если должник получил реальный заем, то при его возврате у должника одновременно уменьшается актив и прекращается обязательство. Деньги ушли, но и долг перед займодавцем тоже погашен. Баланс для самого должника не меняется: активов стало меньше, но пассивов тоже стало меньше. Поэтому возврат реального займа сам по себе не причиняет убытки должнику. Вред возникает не у должника, а у кредиторов: они теряют источник погашения своих требований, потому что деньги ушли участнику перед банкротством. Руководствуясь такой логикой ВС РФ развел способы защиты. Возврат компенсационного финансирования может быть вредным для кредиторов. Но защищаться в суде надо правильным «инструментом» — оспариванием сделки по ст. 61.2 Закона о банкротстве. Если управляющий пропустил срок на оспаривание сделки, он не может просто «переделать» тот же самый спор в иск об убытках или и получить еще один шанс. Иначе специальный срок давности по банкротным сделкам превращался бы в фикцию: не успел оспорить платеж — назвал его убытками и пошел взыскивать. В чем разница на практике? Первая разница — сроки исковой давности. По оспариванию подозрительной сделки срок жесткий – 1 год с даты введения конкурсного производства. По убыткам и субсидиарке сроки другие. Поэтому кредиторы и управляющие часто пытаются использовать такой иск как запасной выход. После этого дела такой маневр стал гораздо сложнее. Вторая разница — предмет доказывания. По ст. 61.2 надо доказывать вред кредиторам, осведомленность стороны сделки кризисном состоянии компании, цель причинения вреда или неравноценность — в зависимости от предмета спора. По убыткам и субсидиарке достаточно доказать наличие вреда кредиторам и должнику и причинную связь. Задача управляющего в этом случае упрощается наличием в законе презумпции вины ответчика.

Банкротство «Монополии»: когда большая выручка не спасает от кассового разрыва В Петербурге начинается банкротная история, за которой стоит следить всем, кто работает с логистикой, перевозками и маркетплейсами услуг. ООО «Монополия.Онлайн» подало заявление о собственном банкротстве. Это не просто очередная транспортная компания. Это ключевая «дочка» группы «Монополия», на базе которой работала цифровая платформа Monopoly.Online: грузовладельцы размещали заявки, перевозчики брали рейсы, документы закрывались через платформу, деньги проходили через эту инфраструктуру. То есть банкротится узел (фактически маркетплейс), через который проходили обязательства между большим количеством участников рынка. По данным РБК, у «Монополия.Онлайн» в 2025 году был оборот 44,7 млрд руб., но при этом убыток 7,1 млрд руб. С начала года к компаниям группы подано почти 500 исков на сумму более 1,2 млрд руб. Судя по открытым судебным актам, претензии кредиторов можно разделить на несколько групп. Первая — обычная операционная задолженность: перевозки, транспортно-экспедиционные услуги, простои, неустойки, неоплаченные закрывающие документы. Вторая — убытки за ненадлежащее исполнение перевозок. Например, когда груз поврежден, нарушен температурный режим, сорваны сроки доставки, а заказчик пытается переложить свои потери на перевозчика или экспедитора. Третья —долг перед держателями облигаций. Там уже речь идет о миллиардах и о претензиях к раскрытию условий реструктуризации. И вот здесь начинается самое интересное. Для рынка это не просто банкротство одной группы. Это проверка на прочность всей модели цифрового посредника, и не только в грузоперевозках. Пока платформа работает и деньги ходят по цепочке, всем удобно: грузовладелец быстро находит транспорт, перевозчик получает загрузку, документы закрываются онлайн. Но когда возникает кассовый разрыв, сразу появляется вопрос: а кто фактически финансировал эту модель? Ответ неприятный: часто сами контрагенты. Перевозчики — потому что выполняли рейсы и ждали оплату. Грузовладельцы — потому что зависели от качества организации перевозки. Инвесторы — потому что покупали облигации под масштабируемую логистическую платформу. Теперь все эти люди могут встретиться в одном месте — в реестре кредиторов. Последствия будут жесткими. Для перевозчиков это означает риск зависшей дебиторки и включения в третью очередь. Деньги за уже выполненные рейсы могут превратиться не в оплату, а в требование в банкротстве с непонятным процентом погашения. Для грузовладельцев — риск сбоев в логистике, поиска новых подрядчиков и споров о том, кто отвечает за поврежденный груз, просрочку и штрафы перед конечными покупателями. Для рынка — ужесточение условий. Контрагенты начнут внимательнее смотреть на платежную дисциплину, финансовую отчетность, судебную нагрузку, облигационные дефолты и признаки кассового разрыва. Для управляющего в будущем тоже будет много вопросов: когда возникла объективная неплатежеспособность; были ли выборочные платежи отдельным кредиторам; куда уходили «оборотные» деньги внутри группы; были ли сделки с заинтересованными лицами; кто реально контролировал финансовые решения. Контрагентам любых похожих платформ сейчас стоит делать три вещи: 1. Срочно сверять задолженность и подписывать закрывающие документы. 2. Уменьшать «зависшую» дебиторку. 3. Внимательно следить за судебными делами и предъявленными к платформе исками. https://www.rbc.ru/spb_sz/05/05/2026/69f9a68f9a7947a9ea4b9727?from=main_lines_6

​​Раздел квартиры супругам не помог 🏠⚖️ Показательная история про то, как в банкротстве не работает семейное право. Бывшие супруги разделили квартиру. По решению суда за бывшей женой признали 6/25 доли в однокомнатной квартире в Москве. Обычная логика: имущество разделено, доля принадлежит супруге, должник к ней уже не имеет отношения, а жена может делать с долей, что хочет. Бывшая супруга продала свои 6/25 доли третьему лицу за 2,4 млн руб. 💸 Речь шла об однокомнатной квартире площадью 40,8 кв. м. То есть покупатель фактически приобрел менее 10 кв. м. в однушке. Но дальше случилось банкротство, и логика поменялась. 🐺 Финансовый управляющий посмотрел на эту конструкцию и пошел оспаривать сделку. Квартира была общим имуществом супругов. Доли в натуре никто не выделял. Значит, для целей банкротства объект должен рассматриваться как единый актив и продаваться с торгов. Суд первой инстанции сделку оспорил. Апелляция решила иначе: раз имущество уже разделено судом общей юрисдикции, то доля бывшей супруги не могла попасть в конкурсную массу. Но в кассации такое решение «не устояло»: дело направили на новое рассмотрение. Главный вывод суда: ⚖️ раздел имущества супругов с определением долей не всегда позволяет вывести актив из конкурсной массы🧩 Если доли не выделены в натуре, то квартира остается общим объектом. А значит, в банкротстве она может реализовываться целиком. Бывший супруг при этом получает свою часть денег от продажи. И это правильная логика. Потому что продажа доли в однокомнатной квартире третьему лицу — это не стандартная сделка с недвижимостью, а попытка создать проблему для торгов в банкротстве. Одно дело — продавать целую квартиру, и совсем другое — продавать долю должника в квартире, где уже сидит посторонний сособственник с микродолей. Цена такого актива снижена, интерес покупателей падает, конкурсная масса страдает. 📉 Кассация отдельно обратила внимание и на другое: бывшая супруга знала о банкротстве должника, управляющего о продаже доли не уведомили, а покупка микродоли в однокомнатной квартире выглядела экономически странной и больше похожа на злоупотребление правом, чем на реальную сделку. Управляющий также заявлял альтернативное требование о переводе прав покупателя на должника, но апелляция его фактически не разобрала. 🚩 Что важно для должников 👇 Не надо думать, что решение суда о разделе имущества гарантированно спасает актив от банкротства. Если доля существует только на бумаге, а в натуре ничего не выделено, то вероятность продажи с торгов актива целиком почти 100%. Особенно если после начала проблем с долгами появляются: — раздел имущества; — продажа долей родственникам или «покупателям со стороны»; — микродоли в квартирах; — сделки без понятной рыночной логики; — попытка резко ухудшить продаваемость имущества. Для суда и кредиторов это красная тряпка. 🚩 Что важно для кредиторов и управляющих 👇 Такие сделки надо оспаривать не только по банкротным основаниям. Набор аргументов должен быть шире: 1. Раздел долей без выдела в натуре не прекращает общность объекта для целей п. 7 ст. 213.26 Закона о банкротстве. 2. Реализация целой квартиры выгоднее конкурсной массе, чем продажа доли должника в уже «испорченном» объекте. 3. Продажа микродоли третьему лицу может указывать на злоупотребление правом и причинение вреда кредиторам. 4. Управляющий должен проверять соблюдение преимущественного права покупки и факт уведомления о продаже доли. 5. Если параллельно идет спор о единственном жилье, эти споры желательно связывать между собой, потому что один спор может быть использован как аргумент в другом. Вывод: семейный раздел имущества — это не защита от продажи в банкротстве.🛡️ Если актив реально общий, доли в натуре не выделены, а сделки с ним ухудшают положение кредиторов, управляющий может прийти и за таким имуществом. И суды все чаще смотрят на экономический смысл схемы.

Банкротный Волк pinned «​​С вами «Банкротный волк»! Меня зовут Андрей Григорьев. Я адвокат, занимаюсь банкротством, субсидиарной ответственностью и сложными спорами, где на кону обычно не только деньги, но и личные риски собственников, директоров и контролирующих лиц. За моими плечами…»

​​8 триллионов просрочки. Бизнес массово пойдет банкротиться? 💸 ЧАСТЬ2 В этой ситуации тотальных неплатежей важно понять одну простую вещь: иногда деньги лежат буквально у нас под ногами. Например, есть такой механизм, как индексация судебного решения: если вы уже взыскали долг, но должник долго не платил, сумму взыскания можно дополнительно увеличить через суд с учетом инфляции. Как правило, это делается относительно быстро, без долгих споров и без уплаты госпошлины. 📈 Еще один пример — итоговое сальдо при досрочном расторжении договора лизинга. Это ситуация, когда технику у вас уже забрали, но после перерасчета и судебной процедуры может выясниться, что уже лизинговая компания должна вам деньги. Технику, конечно, уже не вернуть, но по крайней мере можно взыскать с лизингодателя хоть какие-то суммы. 🚜 Ну и наконец, стоит посмотреть в своих «загашниках»: провести аудит, финансовую ревизию и инвентаризацию. Наверняка есть дебиторка, которую годами никто не трогал и по которой срок исковой давности вот-вот истечет. Есть старые исполнительные листы, по которым никто толком не работал с приставами. Есть переплаты, неотработанные авансы и другие зависшие требования. Поэтому главный вывод из этой печальной статистики не в том, что «все скоро обанкротятся». Главный вывод другой: у бизнеса начинается период, в котором выигрывает не тот, кто громче кричит про кризис, а тот, кто умеет быстро считать свои требования, находить скрытые активы и превращать бумажные долги в реальные деньги. 🧠 Просрочка — это не только проблема. Иногда это еще и повод пересмотреть свои бизнес-подходы, адаптироваться к новой реальности и наладить юридические процессы так, чтобы в будущем взыскивать долг максимально быстро и безболезненно — иногда даже без суда. Но об этом — в следующий раз.

8 триллионов просрочки. Бизнес массово пойдет банкротиться? 💸 Просроченные платежи бизнесу от контрагентов впервые превысили 8 трлн рублей и приблизились к 4% ВВП. За год показатель вырос на 21%, а за пять лет — в 2,5 раза. Проще говоря, компании все чаще не платят друг другу за поставленные товары, выполненные работы и оказанные услуги. Больше всего просрочки накопилось в обрабатывающем производстве и торговле. Быстрее всего долги растут в недвижимости, аренде и лизинге. Причины понятны: дорогие деньги, высокая ставка, падение спроса, проблемы с ликвидностью, налоговая нагрузка и привычка крупных игроков держать деньги у себя, а поставщикам платить в последний день срока — или вообще «когда-нибудь потом». ⏳ Ситуация выглядит как идеальный рецепт для волны банкротств. Напомню, что все эти годы количество корпоративных банкротств, наоборот, снижалось. Один не заплатил второму, второй — третьему, третий сорвал платежи банку, налоговой и поставщикам. Классическая цепочка неплатежей, которая в итоге оказывается в арбитражном суде. ⚖️ Но я бы не ждал взрывного роста банкротств прямо завтра. Во-первых, есть отложенный эффект. В следующем году количество процедур вполне может вырасти, но точно не в этом. Это банально связано с прохождением процедурных этапов: как минимум нужно получить судебное решение о взыскании и только потом идти в банкротство. В общей сложности до реального банкротства обычно проходит около 8–12 месяцев. Исключение — банки и налоговая. Только они могут подавать на банкротство почти сразу, при просрочке свыше двух месяцев. 📅 Во-вторых, массового банкротного цунами, на мой взгляд, все равно не будет. Почему? Потому что банкротство стоит денег. И эти деньги кто-то должен заплатить. 💰 Кредитор, которому должны 2–5 млн рублей, часто понимает, что приставы не взыщут и нужно идти в банкротство. Но когда ему объясняют, что придется финансировать работу юристов, арбитражного управляющего, публикации, расходы на обособленные споры, розыск активов и оспаривание сделок, энтузиазм быстро заканчивается. Такой «маленький» кредитор смотрит на это и думает: «Я еще не взыскал долг, а уже должен вложить новые деньги. А если активов нет?» И часто просто кладет исполнительный лист в стол. 🤷‍♂️ Сами должники тоже не спешат подавать на собственное банкротство. Даже когда уже очевидно, что бизнес не выплывает. Проблема в том, что предприниматель, не имевший предыдущего опыта в банкротстве, до последнего не понимает, за что именно платить банкротным юристам. Ему кажется: «Ну что там сложного? Подадим заявление, введут процедуру, а дальше все как-нибудь пойдет само». Обычно понимание приходит позже — когда суд уже наложил аресты, сделки оспорены, а на горизонте маячит субсидиарная ответственность. Но тогда, как правило, уже поздно пить боржоми. 🚨 В итоге на рынке банкротства останутся три основные группы игроков: 1. Банки — они почти всегда идут в банкротство, если долг существенный и есть понятная экономика взыскания. 2. Налоговая — тоже системный кредитор, который не будет годами философствовать. Правда, с налоговой есть свои нюансы, но о них — в другой раз. 3. Банкротные «коллекторы» — команды, которые выкупают требования или заходят в проект «на результат», за процент от найденного и взысканного. 📌

«Финансовый управляющий — робкий завхоз с описью или полноправный вершитель корпоративных судеб?» Интересно? Вот и ведущим стало! Постарались найти ответы. Озадачились новыми вопросами, например, дилеммой - как защитить интересы подконтрольного должнику общества и при этом не забыть про кредиторов («чьи интересы интереснее»)? Обсудили варианты решений в отношении чистой прибыли (распределить или направить на развитие), и то, стоит ли вообще «править бал» принимая корпоративные решения, или проще отсидеться в «тихой гавани» торгов заветной долей? 🧠 Каким составом ходить на заседания собрания участников: 1) должник; 2) должник + ФУ; 3) ФУ? А что если усложнить схему по аналогии с нолановским «Началом»? Прежде отдаем долю в залог (с передачей корпоративных прав залогодержателю), а потом... банкротим самого залогодержателя? Такой «банкротной матрешке» (должник, его ФУ, залогодержатель и ФУ залогодержателя) будет достаточно для собственных собраний, «прямо-косвенно-условно-определенно» реализующих корпоративные права должника. 🤯 Спонсор выпуска – статья 213.25 Закона о банкротстве. К проигрывателям, друзья! Материалы и ссылки: 1. Определение СКЭС ВС РФ от 17.05.2018 по делу № А40-2204/2016; 2. Определение СКЭС ВС РФ от 07.03.2025 по делу № А56-25937/2020; 3. Определение СКЭС ВС РФ от 15.08.2025 по делу № А50-21251/2023; 4. Постановление АС Московского округа от 27.04.2024 по делу № А41-38091/2020; 5. Постановление АС Московского округа от 28.08.2025 по делу № А41-37325/2022; 6. Постановление АС Северо-Западного округа от 28.01.2026 по делу № А13-5966/2025. Тайм-коды: 00:09 – приветствие; 00:22 – о теме выпуска и ее актуальности; 01:10 – об объеме полномочий финансового управляющего (смена директора, выход из общества, ликвидация); 02:18 - о целях процедур банкротства физического лица; 07:10 – об анализе судебной практики; 11:14 – дивиденды vs инвестиции. Что выгоднее для конкурсной массы? 15:35 – участие в заседании общего собрания участников; 16:45 – право на получение информации о деятельности общества. Истребование документов; 18:25 – ответственность за принятие управленческих решений; 23:00 – (не)практичные размышления; 26:15 – о возможности кредиторов понудить управляющего к осуществлению корпоративных прав; 30:00 – практические советы; 34:20 – прощание. Площадку для прослушивания можно выбрать здесь: ТГ-плеер . PROбанкротство . Сайт подкаста . Apple Podcasts . Яндекс.Музыка.YouTube .Castbox . Overcast . SoundStream . Podcast Addict . Spotify Для связи: [email protected], тг-канал:https://t.me/bankrotalk Поддержать канал 🪙 https://boosty.to/bankrottalk/donate

​​🗓 26 мая 2026 года - Приглашаем на конференцию ICC Russia “Международный контракт 2026: право, санкции, cargo‑риски и платёжный контур сделки” Международный контракт сегодня — это уже не формальность и не «юридическое сопровождение» сделки. Это инструмент, от которого напрямую зависит, будет ли сделка вообще исполнена. В условиях санкций, валютных ограничений и нестабильных логистических цепочек бизнесу важно не только заключить сделку, но и обеспечить её реальную исполнимость. Но есть проблема: право не успевает за практикой. Ошибка в контракте = блокировка расчётов и финансирования. На мероприятии обсудим: — как структурировать трансграничную сделку и выстроить её правовой и коммерческий каркас; — управление логистическими и страховыми рисками в глобальных цепочках поставок; — валютные расчёты, платёжные риски и альтернативные механизмы исполнения; — проведение сделок через сложные юрисдикции и ограничительные режимы; — практические инструменты защиты интересов бизнеса в нестабильной среде. Круглые столы станут важным дополнением к основной программе конференции Каждый круглый стол посвящён одной из ключевых зон риска в международных сделках: •Цифровой контракт vs классический •Инкотермс в новой географии торговли •Контроль поставки: защита или избыточное регулирование В числе спикеров: Марат Бердыев - посол по особым поручениям по вопросам «Группы 20», АТЭС и Большого евразийского партнерства, МИД России Кирилл Струнников - директор департамента международной практики, ОК РУСАЛ Алексей Дудко - старший партнер, глава практики разрешения споров и расследований, LEVEL Legal Services Владимир Таланов - партнёр практики международных споров, АБ ЕПАМ Нина Вилкова - профессор кафедры международного частного права ВАВТ, член президиума Международного коммерческого Арбитражного суда при ТПП РФ Шоучжи Ань - управляющий партнер, AnJie Broad Law Firm, Xiamen Office Нонна Куприянова - начальник Управления валютного контроля и банковского сопровождения, Банк ВТБ Место проведения г. Москва ул.Петровка 11 отель Сафмар Аврора Люкс Дата проведения 26 мая Время проведения: 10:00 -17:30 Для участников скидка 40% по промокоду: bankrotwolf Для новых компаний участие 10 000 руб. Программа мероприятия: https://iccwbo.ru/international-contract-26#program