Post #628

8.5 лет для Яшина - срок большой, но ожидаемый. Минусы нахождения за решеткой и так понятны. Поэтому стоит поговорить о плюсах. Как я уже замечал в своем ролике об эмиграции, нынче проходит водораздел между теми политиками, что уехали и теми, что остались. Собственно, политиками останутся только последние. Уехавшие будут публицистами, блогерами, политтехнологами. Возможно, политиками второго эшелона. Но уже никогда не встанут на один уровень с теми, кто решился сделать своей политической трибуной судебную клетку. Если, конечно, последние переживут этот процесс (что, увы, совсем не факт). Как нынче еще замечали, поведение Навального и Яшина - это демонстрация классических республиканских добродетелей. Когда общее гражданское благо показательно ставят выше блага собственного. Сейчас это не слишком заметно, но полагаю, что отечественная пропаганда весьма чувствительна к таким ударам. Ведь ее суть не в послании "режим хороший, остальные плохие", а в послании "все плохие" (и об этом тоже у меня был ролик). Пропаганда силится убедить нас, что политика - это "грязное дело", которое всюду управляется шкурными интересами. Поэтому наш режим ничем не хуже любого другого. Но тут выходят люди, которые своим примером опровергают этот тезис. В итоге пропаганда вертится, пытаясь вписать их в свой эгоцентричный нарратив: "это Навального кураторы выслали из Германии!!" (а Яшина, видимо, не впускали, да). В колонии и Навальный, и Яшин приобретут качественный опыт общения с той Россией, которая в последние десятилетия была скрыта под флером городского изобилия, но в ближайшие годы будет вырисовываться все более отчетливо. В будущем нас ждет уже не протест рассерженных горожан, а протест рассерженных каторжан. И вот именно с этой публикой Навальный и Яшин смогут разговаривать на одном языке. Имидж "политиков для хипстеров" окончательно останется в прошлом. Теперь это будут серьезные мужчины, которые даже в лагере стояли за свои принципы (что, несмотря на заверения диванных экспертов, пользуется в той среде уважением). Они смогут говорить с заключенными, с мобилизованными, с контрактниками. И со всеми прочими, кто останется разочарованным и обманутым. И будут более убедительными, нежели российские элиты, которые при всей словесной воинственности так и не доползли до фронта. Но о чем можно беспокоиться, так это о том, что тюремный опыт может делать людей сильнее, но он никого не делает лучше. Пройдя через такие испытания люди неизбежно становятся более жесткими и бескомпромиссными. Впрочем, беспокоиться об этом стоит нынешним элитам и их обслуге - одними люстрациями дело уже может не ограничиться.