Post content
"Мне кажется чрезвычайно огорчительным, что, начав с того, что мудро объявили себя слабым полом, мы теперь сравнялись в положении с первобытными женщинами, весь день гнувшими спину в полях, вышагивавшими многие мили в поисках верблюжьих колючек, годных на топливо; они шли, водрузив на голову тяжелый груз домашнего скарба, в то время как блистательные самцы гордо гарцевали впереди, свободные от поклажи за исключением смертоносного оружия для защиты своих женщин. Надо отдать справедливость женщинам викторианской эпохи: мужчины ходили у них по струнке. Хрупкие, нежные, чувствительные, они постоянно нуждались в защите и заботе. И что же, разве они были унижены, растоптаны или вели рабский образ жизни? Мои воспоминания говорят мне совсем о другом. Все подруги моей Бабушки отличались редкостной жизнерадостностью и неизменно достигали успеха во всех начинаниях: упрямые в своих желаниях, своенравные, в высшей степени начитанные и прекрасно обо всем осведомленные. И, представьте себе, они невероятно восхищались своими мужчинами. Искренне считали их потрясающими парнями — гуляками и волокитами. В повседневной жизни женщины творили все что хотели, при этом делая вид, что полностью признают мужское превосходство, чтобы мужья ни в коем случае не потеряли лица. «Ваш отец знает лучше, дети мои», — оставалось священной формулой. К настоящему рассмотрению проблемы, однако, приступали в конфиденциальной обстановке. — Я уверена, Джон, что ты совершенно прав, но мне интересно, подумал ли ты…" (Агата Кристи, "Автобиография") Когда я жила в Дублине, я пела в хоре, где средний возраст был 70+ (или даже больше, они были очень бодры). Это был очень сильный, хорошо подготовленный и большой (почти 50 человек) хор, и это были прекрасные люди. Они очень хорошо меня приняли, и я обожала с ними разговаривать - в общем, обо всем, но особенно - об их жизни. Как-то заговорили мы с одной дамой о путешествиях и перелетах. И она говорит: "О, летать - это прекрасно. Это любит даже моя мама, ей уже за 90. В первый раз она села в самолет в 85 и радовалась, как ребенок. Это было после смерти отца, когда он был жив, он не разрешал ей". И, немного подумав: "В каком-то смысле, она после его смерти только и жить начала".