Post #436

Шахтерское самосознание: Эссен и Рургебит (и немного Кемерова и Донецка) Цольферайн Эссена — первый в истории промышленный комплекс, целиком вошедший в список всемирного наследия ЮНЕСКО. Еще о нем говорят как об одном из “зародышей” ЕС в экономическом смысле: Цольферайн переводится как “таможенное общество”. В Германии было много маленьких стран, у всех свои деньги, единицы измерения, таможенные сборы, в общем — базар. И вот в таможенном обществе в целях улучшения условий для развития бизнеса это все гармонизировали. Как в будущем в ЕС. Эссен — столица Рурского угольного бассейна. Здесь с середины XIX века добывали уголь (ценный каменный) и делали сталь (бурый уголь для этой цели не годится). Это один из регионов, за который Франция и Германия сражались две мировые войны (так и начался Европейский союз — в качестве соглашения о совместном пользовании углем и металлургией). Это также одна из самых необычных в мире городских агломераций: они обычно возникают вокруг одного центра (Париж, Москва, Лондон), а здесь центра нет — население стихийно концентрировалось вокруг шахт, вот и все. И это точно не самая красивая и благоустроенная агломерация. Хотя некоторые города вполне древние (Эссен — римский город), взрывной рост населения был вызван промышленной революцией, в городах было много приезжих, а жилье строили тупо чтобы заселить рабочих. В конце XX века расцвет закончился так же быстро, как и начался: уголь иссяк, а металлургию стало выгоднее разместить в Китае (некоторые заводы были демонтированы, перевезены и собраны заново, винтик за винтиком. Из крупной металлургии выжил только высокотехнологичный Тиссен Круп, шахтеров перепрофилировали частично в другие профессии (некоторые из которых уже тоже успели исчезнуть — например, GM закрыл завод Опель), города остались уродливыми, а регион — депрессивным. Людей там живет несколько миллионов, и что-то было нужно делать и со старыми индустриальными территориями, и с самосознанием. В Германии, по-моему, есть универсальный способ развития территории — строительство университета. Парочку построили и в Рургебит — я знаю Рурский университет в Бохуме, университет Дюйсбург-Эссен и совсем новый университет восточного Рейна (одногодка моего Рейн-Ваал). В городах началась джентрификация, а заводы стали парками и музеями. Несколько месяцев назад я была в таком паркозаводе в Дюйсбурге, там стены цехов переоборудованы для скалолазов, вокруг детские площадки, летом — работает кинотеатр под открытым небом. Самый знаменитый джентрификационный проект — озеро Феникс. Это полное изменение среды: промзону демонтировали, полностью очистили и восстановили почвы, вырыли озеро, достаточно большое для парусного спорта. Закрытие заводов болезненно отразилось не только на экономике, но и на самосознании. Рабочий класс — и так не самые уважаемые люди, а тут они еще и без работы остались. А не уважающие себя люди — это, помимо всего прочего, экономический урон. Они неактивны в поиске работы и переподготовке, они себя не любят, поэтому спортом не занимаются, пьют, так что их надо лечить потом. Они начинают промышлять мелким и не очень мелким хулиганством и вандализмом. Выбор Эссена как европейской столицы культуры ставил своей целью (как и вся активность по оживлению Рургебита) сформировать постиндустриальную идентичность региона, самоуважение и гордость. Этому способствуют и фильмы, рассказывающие о развитии региона и подчеркивающие его вклад в текущее высокотехнологичное процветание Германии, и музеификация промышленных объектов — как памятников того, а также перестройка бывших объектов инфраструктуры (например, внутренних портов — в Дюссельдорфе, Дуйсбурге, да и Клеве) под «объекты культуры и массового отдыха». Чтобы люди не стеснялись своего происхождения из рабочего класса, неведомо откуда приехавшего, а гордились им. Результаты мониторинга (программа европейских столиц культуры предполагает комплексную долгосрочную оценку эффекта проведенных мероприятий, в том числе косвенного экономического) показывают, что, в общем, это все получилось. 26.08.2017