Post content
Однажды я шла на работу в Музей в холодное предновогоднее утро, двигаться не хотелось от слова совсем, но я двигалась. От Боровицкой до Музея минут 10: прямо по Моховой, перейти Знаменку, чутка по Волхонке и ты на месте. В бесконечной внутренней и внешней угрюмости я ждала зеленого светофора на Знаменке. И тут мимо меня начала ехать колонна автобусов с детьми. Вы бы видели эти непередаваемые удивление, восторг и радость на маленьких лицах, впервые увидивших Кремль. Я раздырадалась прямо там. Я ходила мимо Кремля каждый день и вообще не обращала на него внимания. Мне стало так грустно, что я совсем не смотрю по сторонам и не замечаю столько прекрасных вещей. Второй раз я ощутила это в Париже. Мы шли с коллегой в Музей Родена и я в какой-то момент остановилась сфотографировать Эйфелеву башню. В моменте я поняла, как всем наплевать на нее. Люди играют в футбол, пьют пиво, просто отдыхают на траве или проходят мимо - она для них до незаметности привычна. Я часто возвращаюсь к этим воспоминаниям и постоянно одергиваю себя: убери телефон, смотри по сторонам, тебе так повезло видеть все, что тебя окружает - замечай! Однажды будет мучительно больно, что ты просто проходила мимо. Сегодня, направляясь по рукаву к самолету, увидела, как девчонки фотографируются перед вылетом. Подкипела внутри: «Ну куда, люди идут, а вы тут устроили!» А потом резко остановила себя: «Эй, кисуня, это ты летаешь в год столько, как большинство людей за всю жизнь. Это твоя проблема, что полеты для тебя обычная часть пути, а не радость. А девчонки вот, сейчас, прямо утром, счастливы и имеют на это полное право!» Я улыбнулась и остановилась, чтобы они смогли доснять все кадры, которые им хочется. Без нас самолет уже не улетит. Пусть снимают, у них будут фото, чтобы потом вспоминать, как утром перед вылетом они кайфовали. Пусть радуются за себя. И за меня. Меж тем, я а отпуске. Не просто пью джус, а оказалась в санатории. Это все мои 35..) Интересно только, придет ли со здоровьем, также и в сердце повсеместная любовь к миру?