Post #31825

Африка перед новым этапом неоколониальной экспансии Запада. «Россия не Европа» специально для канала «Что делать?» Брукингский институт (США) выпустил исследование «Foresight Africa. Top priorities for the continent in 2026», ключевые тезисы которого сводятся к следующему: 🎯 Африка переживает демографический взрыв. Каждый год на рынок труда выходят 12 млн молодых людей, при этом создаётся только 3 млн формальных рабочих мест. 🎯 Континент хронически недофинансирован. В странах южнее Сахары разрыв между сбережениями и необходимым уровнем инвестиций достигает 245 млрд долларов ежегодно. 🎯 Главный резерв Африки — природные ресурсы. Но континент должен уйти от роли сырьевого экспортёра и создать собственную инфраструктуру и промышленность. 🎯 Китай — не панацея . Китай предпочитает продавать, а не покупать. 🎯 Африка не должна платить по «углеродным долгам». 🎯 Следует избежать зависимости от AI-технологий. Уровень проникновения интернета на континенте 38%, на Африку приходится менее 1% мировых мощностей дата-центров. Без цифровой инфраструктуры автоматизация может усилить внешнюю зависимость. 🎯 Пришло время для роста африканской субъектности. В 2025 году на континенте находились 11 из 15 самых быстрорастущих экономик мира, к 2050 году каждый четвёртый житель планеты будет африканцем. Окно возможностей для усиления позиций на международной арене открыто. Что здесь бросается в глаза? Отсутствие среди тезисов упоминания о России, критика китайской политики и утверждение необходимости модернизации Африки. Первый момент понятен: мы не раз писали, что Россия не является серьёзным препятствием для политики Запада в Африке. Наш торговый оборот по сравнению с торговым оборотом ЕС или Китая смехотворен, конкуренции в индустриальной сфере или в сфере AI-технологий мы не составляем ни Западу, ни Китаю, а политическая конкуренция серьёзно ослабла в период Украинского кризиса, особенно после падения режима Асада в Сирии. Китай, напротив, – серьёзный конкурент. Отсюда критика его «потребительской» позиции по отношению к Африке. Наконец, вопрос об индустриализации и модернизации Африки – это своего рода хитрая уловка: из всех крупных игроков в Африке – Россия, ЮАР и Турция не в состоянии её осуществить (этот вопрос им бы решить в собственных странах), Китай – «потребитель», который, согласно логике американского исследования, не собирается этого делать. Остаётся только Запад – США и ЕС, которые, с одной стороны, серьёзно технологически продвинуты и являются лидерами во многих индустриальных областях и в сфере ИИ, а с другой – настолько богаты, что могут списать странам Африки их долги и дать ещё взаймы. При этом об Африке говорится как о чём-то едином и монолитном. А это далёко не так: Африка разнится не только в экономико-географическом, но в и в политическом и культурно-цивилизационном смыслах. Даже государства Чёрной Африки создавались на основе бывших европейских колоний без всякого учёта этнических и культурных особенностей. Эти государства – не просто нестабильный, а взрывоопасный элемент, и на Западе об этом прекрасно знают, поскольку сами приложили руку к его созданию. Вспомним геноцид тутси в Руанде в 1994 г., в ходе которого погибло порядка 800 тыс. чел., недавнюю резню христиан в Нигерии и т.д. Это лучше всего показывает особую взрывоопасность межэтнических и межрелигиозных войн и особую жестокость. Никакой Африки как единого целого нет. Все государства спланированы бывшими западными колонизаторами так, чтобы в основе их был принцип сдержек и противовесов на основе разницы в религии и этнической идентичности. Навязывая свою «помощь» Африке Запад пытается проводить неоколониальную политику – включить Африку в свою технологическую сферу, поставив модернизацию континента в прямую зависимость от неё. Результатом будет вытеснение Китая и других стран с континента. А уже затем США и ЕС вновь приберут Африку к рукам и созданные ими марионеточные режимы будут проводить «модернизацию», окончательно превратив свои страны в сырьевую базу Запада.