Post #3264

Толстому тут 23. Очень жаль, что его не любили или, по крайней мере, он думал, что не любят. Розанов тоже это заметил, безо всяких дневников: "...Толстого мало любили, и он это чувствовал. Около него не раздалось, при смерти, и даже при жизни, ни одного «мучительного крика вдруг», ни того «сумасшедшего поступка», по которым мы распознаем настоящую привязанность. «Все было в высшей степени благоразумно»; и это есть именно печать пошлости». Вот бы посмотреть, что было бы, если бы любили. С книгами, даже с историей России, мало ли.