Post content
Как это обычно бывает перед серьезными переменами, жизнь пошла напряженная, полная преодолений личного, но очень нервного масштаба . Возвращение, знаете ли, работает в две стороны. И в сторону комнаты, и в сторону черной кошки. Такие себе нервические деньки, надеюсь, каждое лыко в строку, как говаривали носители липовой правды в прежние времена, я сам не слыхал, но должны же они были как-то говорить? Поговорками какими-то, прибаутками? Весь мир ожидает перемен , чтобы принять в них участие, кто-то деятельно приближает, кто-то бездеятельно ступорит посреди олимпа вместо того, чтобы бежать с деньгами, есть еще самые адекватные, они смеются разным смехом. Известно же, что смех людей разнообразен, как микроорганизмы, или снежинки, только вот, непонятно зачем. Зачем снежинки тоже непонятно. Происходящее лучше всего охарактеризовал бы мой покойный дед, интуитивный стоик , но убежденный сибарит, а попробуй не стань сибаритом, если один со всего села живой с войны вернулся. Тоже ведь примета эпохи и часть жизни. Так вот, дед сказал бы: "в такие времена, дурак навоюется, хитрый наворуется, а умный насмеется." Исповедание этого принципа не помешало деду навоеваться тоже. В общем как весна вокруг, такая ранняя, именно в это время когда-то начинал чесаться рюкзак, а нынче затеплилась надежда...вот как печурка прям. Надо что-то менять. В магазин за хлебом путь мой долог, Ноги да костыль, такой вот след, Тут я с бородою не геолог, Тут я с бородою старый дед. Сбрасываю бодро килограммы, Паутина завелась в стакане, И рюкзак завален всяким хламом, где-то во времянке , на диване Горы, молоток, тайга, маршруты,—- Тоже на диване во времянке. Кресло, файлы, монитор, компьютер, Бытие, и смыслы наизнанку. Сам дурак, заплата на заплате, Не хватает мне ни снов, ни слов, По ночам ворочаюсь в кровати Как тюлень на кромке вечных льдов Потому что где-то снова снег. Где-то очень далеко. А еще, потому что возвращение оно не только домой бывает. С Божьей помощью если.