Post #1837

Как и сегодня, в конце XIX в. одним из определяющих факторов в образовательном процессе является проблема адаптации иностранных студентов к новым социокультурным условиям. Поэтому и для некоторых молодых эфиопов петербургская студенческая жизнь становится серьезным жизненным испытанием. Об этом свидетельствует письмо директора Ремесленного училища им. цесаревича Николая от 22 мая 1899 г.: «… из числа привезенных начальником бывшего санитарного отряда в Абиссинии генерал-майором Шведовым и помещенных с Высочайшего соизволения, последовавшего 6-го июня 1897 г. в ремесленное училище цесаревича Николая на казенный счет двух абиссинцев, Ато Гено в течение более полугода хворает и, несмотря на все принимаемые меры, здоровье его не улучшается… Исследовавшие больного доктор медицины Родзевич и врач училища Аксюков в своем заключении полагают, что душевное настроение Гено напоминает собою установленную патологическую форму тоски по родине (Nostalgia), которое продолжается, несмотря на все меры, полгода без улучшения, если физическое состояние больного не улучшится, дальнейшее пребывание Гено в училище и в России вообще не только бесполезно, но может вызвать в будущем лишь ухудшение в состоянии его здоровья.» Поэтому врач рекомендовал скорейшее возвращение на родину в Эфиопию. Тогдашний статс-секретарь С.Ю. Витте после ознакомления с докладом о состоянии здоровья эфиопского ученика дал согласие на отчисление Гено из училища. Однако отправить больного на родину было не так просто. Внешнее ведомство, в обязанности которого входила отправка Гено, не располагало специальными средствами для оплаты его путешествия. Кроме того нужен был сопровождающий. Первый Департамент I-го отделения МИД России выступил с предложением, чтобы училище решило проблему в частном порядке. Рассматривался, как один из вариантов, отправить Гено на родину в сопровождении поручика лейб-гвардии Измайловского полка К.Н. Арнольди , следовавшего в Эфиопию. Ремесленное училище должно было обратиться к офицеру с просьбой о попечительстве над Гено. Кроме того, училище было обязано ассигновать Гено суммой, потребной для путевых издержек. Необходимые средства для отправки Гено училище заняло у санкт-петербургского купца Усова. Предполагалось, что император Менелик II вернет эти деньги через Российскую миссию в Аддис-Абебе. Впоследствии купцу Усову вернуло деньги российское казначейство. По возвращению на родину Ато Гено стал переводчиком при госпитале российского общества Красного Креста. Позже он занял пост ылфын ашкер (слуга в управлении делами двора). Кроме того, он стал нештатным чином Министерства иностранных дел России и был прикреплен к российской миссии в качестве переводчика. Что касается успеваемости оставшихся в России учеников, то, несмотря на «выдающееся их прилежание» и настойчивость, а равно принятые меры к облегчению им занятий в школе, они с большим трудом достигли необходимых познаний в медицине. Трудности русского языка были главным тому препятствием. Для того, чтобы выпускники набрались опыта, было решено по окончании курса зачислить их на год на фельдшерские вакансии в Одесском военном округе с прикомандированием к Одесскому военному госпиталю. Они поочередно должны были практиковаться во всех отделениях госпиталя, один – по внутренним болезням, другой – по болезням наружным, включая сифилис и не исключая болезней глазных. Занятия эти должны были проводиться под общим руководством консультантов госпиталя по особым программам, утвержденным медицинским совещанием (ученым советом) госпиталя. К одесскому окружному военно-медицинскому инспектору обратились с настоятельной просьбой принять все меры, чтобы фельдшеры-эфиопы вышли из госпиталя подготовленными для предстоящей им профессиональной деятельности.