Post #62

Литературный герой с нелитературной лексикой Всякий переезжающий за границу русский будет проводить паралелли с так любимой ему родной литературой. Нам может, и не повезло с социальными институтами, климатом и лоукостерами. Однако с чем нам точно повезло – так это с литературой, в частности иммиграционной литературой. Всякий эмигрант может примерить на себя образы Бунина, Набокова, Довлатова, Пастернака и Бродского, пересекаясь по локациям, судьбам и стилю жизни. Каково было мое удивление и отчаяние, когда мне удалось провести параллель между собой и Лимоновым, читая взахлеб его роман до тех пор, пока его можно было читать. В период пост-эйфории где-то между пятым и четырнадцатым месяцем этот чувак буквально читал мои мысли, оставив их в "Эдичке". "Часто, находясь у себя в комнате или идя ночью по улице, я ловил себя на том, что со злостью произношу одну и ту же фразу, иногда вслух, порой про себя или шепотом: «Идите вы все на хуй!» Хорошо звучит, а? «Идите вы все на хуй!» Хорошо. Очень хорошо. Это относится к миру" "Сломаться я и в СССР мог, на хуй сюда было ехать" "Когда сам находишься в хуевом состоянии, то не очень хочется иметь несчастных друзей и знакомых. А почти все русские несут на себе печать несчастья." Я не получал вэлфер и не берег каждую копейку в кармане, но в голове от этого не становилось ясно и солнечно. Я так же сидел на окне пятиэтажки третьей по счету WG на Reinickendorfer Straße. Сидел, поедая приготовленный соседкой борщ и залипая на заебавшую своим шумом и хаосом трассу B96. Я так же не имел друзей, поэтому моим другом номер один был город, что в тоже время был моим главным врагом. Меня не бросала Елена, но зато появилась Ф., так быстро ворвавшись в мою жизнь через самую первую WG по Airbnb и так же быстро из нее свалив. Я уже предрекал негативную сторону параллели с Лимоновым: возврат по оттепели, имидж тщеславного клоуна-дрища, интервью Дудю с заверениями о том, что сей канал не есть автобиография, а с тем бездомным негром так и ничего у меня не получилось. Потом, конечно, отпустило, ибо за черной полосой безысходности, провалов и нытья всегда приходит белая полоса, которую мы заслужили. Белая полоса таки наступила – а это значит, что пора брать в руки другую книгу. Набоков и его берлинский "Дар" не зашли от слова "совсем", но я все еще не потерял надежд найти позитивного героя, на опыт которого можно опираться в будущем.