ВЛАСТЬ_ВЛАЩЕНКО

Когда даже дамы полусвета начали прикидываться членкинями- стало понятно: в обществе кризис жанра. Раньше они хотя бы стремились быть певицами, дизайнерами и телеведущими))

Новый разговор с доктором Комаровским о том, что сумасшедшим нет покоя Полгое видео 👉https://youtu.be/L6GBQxT3vOE?si=z2rQA1HMm3fMSrGO Ну и если вы еще не подписаны на канал Власть&Влащенко- сделайте это скорее. Для вас работаем, для вас не сдаемся, хоть порою это не так просто

Начинаем эфир с Максом Бужанским. Потому моноэфир https://youtube.com/live/6Vg2Dmtq1YE?feature=share

Ну, и вдогонку предылущему посту: мой конфликт с грантовыми сми и активистами возник гораздо раньше, чем я начала конкретно их ловить за руку на лжи. Как в первый раз во время интервью с Залищук относительно зарплаты Лещенко Он начался тогда, когда я вдруг поняла, какие они все скучные, малоодаренные люди, претендующие на какой- то особый статус, особые права заседать в Межгалактическом координационном совете по маркировке репутаций и социальных благ. При этом, мне не жалко было для них ни благ, ни грантов. Меня возмутило, что они пытаются закрыть другим людям своими скучными жопами -солнце

А вот действительно, нам же иногда гораздо ближе люди, с которыми мы идеологически ни в чем не согласны, но они нам нравятся интеллектуально и эстетически, потому что они интересны, остроумны, готовы к дискуссии… А подчас люди вроде близкие идеологически так невыносимо скучны, кондовы, противны эстетически, что хочется уйти и больше никогда их не видеть… Вот и выходит то, что я говорю всегда: форма- это и есть содержание. Вернее даже, если сегодня им не является, то в итоге станет с неизбежностью падающего домкрата

Многие удивились, что Орбан не стал использоввть гос ресурс и выращивать на вербе груши. Да потом что Венгрия- это Европа И нам надо начинать жить по этим стандартам. А не только « выть в рамках грантов»

Каждый раз на Пасху вспоминаю это любимое от Дмитрий Львович Быков Год от года становится только актуальнее =========== Пасхальное …А между тем благая весть — всегда в разгар триумфа ада, и это только так и есть, и только так всегда и надо! Когда, казалось, нам велят — а может, сами захотели, — спускаться глубже, глубже в ад по лестнице Страстной недели: все силы тьмы сошлись на смотр, стесняться некого — а че там; бежал Фома, отрекся Петр, Иуда занят пересчетом, — но в мир бесцельного труда и опротивевшего блуда вступает чудо лишь тогда, когда уже никак без чуда, когда надежда ни одна не намекает нам, что живы, и перспектива есть одна — отказ от всякой перспективы. На всех углах твердят вопрос, осклабясь радостно, как звери: «Уроды, где же ваш Христос?» А наш Христос пока в пещере, в ночной тиши. От чуждых глаз его скрывает плащаница. Он там, пока любой из нас не дрогнет и не усомнится (не усомнится только тот глядящий пристально и строго неколебимый идиот, что вообще не верит в Бога). Земля безвидна и пуста. Ни милосердия, ни смысла. На ней не может быть Христа, его и не было, приснился. Сыскав сомнительный приют, не ожидая утешенья, сидят апостолы, и пьют, и выясняют отношенья: — Погибло все. Одни мечты. Тут сеять — только тратить зерна. — Предатель ты. — Подослан ты. — Он был неправ. — Неправ?! — Бесспорно. Он был неправ, а правы те. Не то, понятно и дитяти, он вряд ли был бы на кресте, что он и сам предвидел, кстати. Нас, дураков, попутал бес… Но тут приходит Магдалина и говорит: «Воскрес! Воскрес! Он говорил, я говорила!» И этот звонкий женский крик среди бессилия и злобы раздастся в тот последний миг, когда еще чуть-чуть — и все бы. Глядишь кругом — земля черна. Еще потерпим — и привыкнем. И в воскресение зерна никто не верит, как Уитмен. Нас окружает только месть, и празднословье, и опаска, а если вдруг надежда есть — то это все еще не Пасха. Провал не так еще глубок. Мы скатимся к осипшим песням о том, что не воскреснет Бог, а мы подавно не воскреснем. Он нас презрел, забыл, отверг, лишил и гнева, и заботы; сперва прошел страстной четверг, потом безвременье субботы, — и лишь тогда ударит свет, его увижу в этот день я: не раньше, нет, не позже, нет, — в час отреченья и паденья. Когда не десять и не сто, а миллион поверит бреду; когда уже ничто, ничто не намекает на победу, — ударит свет и все сожжет, и смерть отступится, оскалясь. Вот Пасха. Вот ее сюжет. Христос воскрес. А вы боялись.

https://youtube.com/live/cBczk3R3p7w Прямой эфир с Диитрием- традиция по субботам. Приходите, поговорим о разном

https://youtu.be/ixjOlaS5yp4?si=VXSa8ydPrj3idxRA Новое интервью с Деном Яневским. Есть о чем подумать и посспорить

If your absence doesn’t affect them, your presence never mattered