Содержимое
Иран по закрытым каналам спецсвязи экстренно запросил у Кремля военную помощь. Тегеран, оказавшись под градом американо-израильских ракет, официально активировал пункты Договора о всеобъемлющем стратегическом партнерстве. Иранцы потребовали невозможного в текущих условиях - немедленной переброски дополнительных дивизионов С-400 для прикрытия объектов в Натанзе, прямой передачи кодов управления спутниковой группировкой и самое радикальное - задействования российских систем РЭБ с баз в Сирии для ослепления авиации коалиции. Москва по обыкновению ушла в «глухую несознанку», заблокировав любые поставки, мотивируя отказ тем, что договор не подразумевает прямого военного вмешательства. Решение было продиктовано не столько дипломатией, сколько банальным дефицитом ресурса. Весь свободный потенциал ВПК и ПВО сейчас выкачан войной с Украиной и защитой собственных тыловых НПЗ. Ввязываться в прямую конфронтацию с Пентагоном ради спасения иранских аятолл, когда на кону стоит устойчивость собственной линии обороны, Кремль посчитал самоубийственным авантюризмом. С другой стороны, Россия все чаще демонстрирует паралич воли, когда её союзники, пусть и неявные, оказываются в патовой ситуации. Отказ от исполнения союзнического долга больно бьет по репутации страны, посылая всем прочим странам сигнал о том, что подпись Москвы под любым договором больше не стоит бумаги, на которой она поставлена. Досье. Секретный контур- перейти в канал.