Post #60717

Календарик НеМосквы Во французском Болье-сюр-Мер от воспаления легких умер 85-летний Александр Сухово-Кобылин — писатель, драматург, философ. Автор одной из лучших русских комедий «Свадьба Кречинского». Богом, правдою и совестью оставленная Россия — куда идешь ты — в сопутствии твоих воров, грабителей, негодяев, скотов и бездельников? Родился в 1817 в богатой дворянской семье, в Подмосковье. Его дальние предки были в родстве с Романовыми. В 16 поступил в Московский университет. «Зачитывался Гоголем до упаду», бегло говорил на французском, английском, итальянском и немецком. По слухам, был груб в обращении с крепостными. Много путешествовал по Европе, где познакомился с французской модисткой Луизой Симон-Деманш и пригласил ее жить в Россию. В 1850 стал фигурантом дела о ее убийстве. По одной из версий, нанес ей смертельный удар подсвечником, когда та застала его с другой женщиной, и пытался переложить вину на своих крепостных. После первого приговора те отказались от показаний, утверждая, что дали их под пытками (в том числе их кормили селедкой и не давали пить). Сумел избежать наказания, по одной из версий, благодаря деньгам и вмешательству государыни (биографы до сих пор спорят, был ли он виновен — прямых улик нет). Не будь у меня связей да денег, давно бы я гнил где-нибудь в Сибири Все фигуранты были оправданы, а приговор якобы был утерян писцом — «в пьяном виде вместе с парою сапог». Еще во время следствия удалился от общества и занялся литературой. Жизнь начинаю понимать иначе. Труд, Труд и Труд. Возобновляющий, освежительный труд. Среди природы, под ее утренним дыханием Мое заключение жестокое, потому что безвинное — ведет меня на другой путь и потому [оно] благодатное В тюрьме написал свою самую популярную пьесу «Свадьба Кречинского» — о засилье бюрократии и упадке дворянства. Она вышла в 1856. Я не знаю, каким образом мог я писать комедии, состоя под убийственным обвинением и требованием взятки в 50 тысяч рублей Пьесу с восторгом читали в московских литературных кружках и ставили в театрах. Сравнивали с произведениями Островского, грибоедовским «Горем от ума» и гоголевским «Ревизором». Таков свет, батюшка: хороши вы, так скажут, что не в меру глуп; богаты — урод; умны — объявят негодяем Позже написал продолжение — пьесы «Дело» и «Смерть Тарелкина». Первые 8 лет «Дело» печаталось только за границей, поскольку автор писал об обреченности чиновничьей России, намекая на скорую революцию Светопреставление уже близко, а теперь только идет репетиция В «Смерти Тарелкина» это «светопреставление» уже изображено, как и вражда внутри самой бюрократии. Людей нет — все демоны В 1869 вся трилогия была опубликована в России под заглавием «Картины прошедшего». Матушка! ведь у людей дури много — всего не переймете! Но театральные постановки были по-прежнему запрещены цензурой. Недальновидность и непонимание своих обязанностей в лицах высшего управления, подкупность чиновников, несовершенство наших законов, полная безответственность судей должны произвести на зрителя самое тяжелое впечатление (из заметок цензора) В 1882, уже при Александре III, пьесу «Дело» показали на сцене Александринского театра в «отцензуренном» виде. Полностью трилогию поставили только в 1917 — Всеволод Мейерхольд в Александринском театре. Это сатиры, рассчитанные, по словам самого автора, не на то, чтобы зритель рассмеялся, а на то, чтобы он содрогнулся (литературовед Дмитрий Святополк-Мирский) После сочинения трилогии больше не занимался драматургией и увлекся мистикой. В 1871, по совету Константина Ушинского, устроил в одном из своих имений в Ярославской губернии учительскую семинарию — до революции из нее вышли сотни педагогов. После «дела Деманш» был дважды женат, но всего по несколько месяцев (первая жена умерла от туберкулеза, вторая — от простуды). В 1900, после пожара в имении (сгорела часть его рукописей) переехал во Францию и поселился недалеко от Ниццы вместе со своей незаконнорожденной дочерью, которую в память о погибшей модистке назвали Луизой.