Post #9168

​​День в истории России.ст. ст. 25 января / н. ст. 7 февраля 1912 г. † Дмитрий Алексеевич Милютин Государственный и военный деятель, граф, генерал-фельдмаршал, член Государственного Совета, почетный президент академий: Николаевской Генерального штаба и Александровской Военно-юридической, почетный член Академии наук и академий: Артиллерийской, Инженерной и Военно-медицинской, Московского и Харьковского университетов, Географического общества, доктор истории и шеф 121-го пехотного Пензенского полка, военный министр эпохи «великих реформ». Родился 28.06.1816 г. Образование получил в Благородном пансионе при Московском университете, по окончании которого служил юнкером в гвардейской артиллерии. В 1860 г. Милютин был назначен товарищем военного министра, а через год сам занял ответственный министерский пост. Находясь на этом посту в течение 20 лет, Милютин радикально реорганизовал армию. Главнейшей из реформ было введение в 1874 г. всеобщей воинской повинности для всех классов населения; шагом на пути к реформе было сокращение общего срока службы с 25 до 16 лет. Кроме того, Милютиным был улучшен солдатский быт, упразднены шпицрутены и др. тяжкие телесные наказания (1863 г.), введена военно-судебная реформа. 1915 г. Государь выехал в Ставку «22-го января Государь выехал в Ставку. 25-го, в воскресенье, Государь был у обедни, после чего обходил свой Казачий полк. Расспрашивал о подвигах, жаловал награды. Подойдя к красавцу уряднику 5-й сотни, Семену Маслову, Государь спросил, за что он получил первый Георгиевский крест. — За атаку на эскадрон 13-го Уланского Прусского полка, Ваше Императорское Величество. — Как это было? — спросил Государь. — Это было, Ваше Императорское Величество, 29 октября 1914 года. Рано утром мы, 11 человек, вызвались охотниками произвести разведку. Был густой туман. Шли осторожно и наткнулись на немецкий разъезд. Но все-таки мы сомневались: они или наши? До них шагов двести, стоят кучей, а туман большой. Я послал казака узнать. Тот вернулся и говорит: «Не сумлевайся, Семен, это немцы». Только мы это разговариваем, а туман-то открылся. Мы — в сторону и по лощине, за пригорком, стали обходить немцев. Навстречу попался человек. Мы его обыскали. Видим у него немецкая пропускная марка. «Ты ведь наш житель, так почему же тебя немцы так обожают, что даже марку дают пропускную?» Он смутился. Дальше — больше. Упал на колени, говорит: «Они меня послали узнать, сколько здесь войска стоит». Ну, мы тут, значит, его и зарубили. Затем встречаем польского пана. Он сам бежит к нам. Здесь, говорит, за леском, коней сто немецких стоит, а около них спешенные уланы. Видим, что дело начинается серьезное. Стали отходить, а за нами — немецкий эскадрон. Так дошли до деревни. Тут мы спешились, передали коней крестьянам-полякам. Те ничего, не бегут, держат лошадей. В деревне мы нашли наших пехотных солдат. Составилось нас 17 человек. Устроили засаду, залегли вдоль забора по халупам. Смотрим: немцы выслали разъезд из трех человек, а за ним по шоссе весь эскадрон идет. Мы их подпустили да подряд семь залпов по ним и дали. Тут они здорово оробели, сразу остановились. Лошади их взвились на дыбы и попадали. Тут у них сразу на месте шесть лошадей остались, девять улан да один офицер. Мы — на коней да карьером за ними. Догнали. Многих перекололи, срубили, двух в плен взяли. Мы бы, Ваше Императорское Величество, с ними со всеми справились, да по нас соседние германские пехотные части жестокий огонь открыли. Те уланы, что мы в плен взяли, сказывали, что они привезены сюда из-под Франции. Что вот там у них в полку за все время только шесть человек убито, а тут вот, у нас, за полтора дня полка не стало. За это дело я и урядник Болотов и получили Георгия 4-й степени, Ваше Императорское Величество. Рассказ произвел большое впечатление своей простотой. Много и других интересных эпизодов рассказали тогда казаки Государю. Его Величество был очень доволен».