Post #1329

Саныч учил нас (совсем не медиков!!!), пользоваться зажимами, учил сшивать сосуды, накладывать различные швы, учил проводить диагностику и в зависимости от этого применять различные методы лечения болезней, в первую очередь, окопных. Саныч и его команда уверены, что это должен уметь делать каждый боец, потому что в условиях современного боя эвакуация раненых невозможна в течении длительного времени и когда стоит вопрос спасения своих товарищей, все вопросы сразу отпадают, зачем это нужно... Сообщили, что сейчас будет много 300. Подлетела буханка, быстро помогаем выгружаться бойцам. Вся битком забита. Снизу 200, сверху раненые. 30-ка пехота и с 810 бригады есть. Краем глаза вижу, что у Лены глаза на мокром месте. Ее бойцы. Наверное, близкие знакомые. Машинку сразу под деревья, двухсотыми потом займемся. Саныч с Морфеем и Леной занимаются тяжёлыми. Мы же, я, Бармалей и Варвар, работаем с лёгкими. Работы много. Все сделали, подготовили к эвакуации, кого то уже даже увезли. Убрали все разрезанную одежду, помыли рабочие места. Бармалей и Варвар остались готовить инструменты, бинты, набрать шприцы, разложить все, подготовить. Ко мне же подошла Лена с блестящими от слез глазами - Пошли, поможешь. Вопросы не задаю. И так понятно. Вместе с парнями, которые привезли ребят, идём в наш "морг". В зловещей тишине, молча, выгружаем из буханки тела, осматриваем, выполняем все необходимые процедуры. Лена плачет, бойцы склонили головы и, прощаются. Я вышел, поджидаю в сторонке. Очень гнетущая обстановка. Тяжело смотреть. После того, как ребята ушли, я закончил все процедуры с телами. Иду обратно, захожу к нам, слышу смех. Женский смех. Лена смеётся. Для меня показалось это совсем дико, но когда понял в чем дело, меня сразу отпустило. Все таки парни в суровом солдатском быту очень обделены женским вниманием и, видя Лену, стараются сделать ей комплимент, пошутить, развеселить. И у Лены даже походка изменилась, глазами сверкает, кокетничает, улыбается. Да!!! Такое возможно только на войне. Жизнь идёт и не останавливается. Она продолжается. Война войной, как говорится, а молодость и жизнь берут своё. И я, наблюдая за происходящим со стороны, порадовался за Лену и за пацанов, которые ее окружили. Никто ведь не знает, как сложится их дальнейшая судьба. Идёт война... Привезли бойца. Как описали по рации, очень тяжёлый. Ранения бывают разные. С виду вроде ничего особенного, а по факту оказывается, если не фатальное, то очень серьезное. Ну вот как у Михалыча. И наоборот, иногда даже смотреть страшно, а по факту - совсем не страшно. Огромный боец, просто огромный, с большим животом. В животе дыра примерно 4 см. Саныч на ходу, пока заносили, бегло осмотрел, сказал, что непроникающее. Как непрониикающее? Такая дырень?! Морфей отправил быстро на рентген. Точно. Не проникающее. У бойца большой слой жира. Оказалось. Большой осколок, видимо, уже на излёте, вошёл сверху вниз, прошел в жировой ткани сантиметров 15 и застрял. Боец, узнав это, сразу ожил, даже шутить начал, что броня ему не нужна, у меня, мол, своя броня. Мы тоже похохотали с ним. Но Саныч не стал размусоливать и бойца быстро отправили на эвакуацию. Потом, когда было время, Саныч подробно, с только ему присущим юморком, прочитал нам лекцию, почему все таки броня нужна) и почему подкожный жир не является адекватной или безопасной альтернативой броне. Причем подвёл под это мощную научную базу, но объяснил нам на понятном нам языке. Разъяснил, как он даже без рентгена понял, что не проникающее и объяснил, почему таких раненых необходимо, как можно скорее отправить на дальнейшую эвакуацию в госпиталь (оставалась вероятность повреждения и даже разрыва внутренних органов от гидроудара). И подытожил: Учитесь! Или умрёте! Продолжение будет...