Post #2792

«Сирийское падение РФ»: способно ли оно повлиять на войну в Украине? Изначально нужно понимать, что произошедшие в Сирии события – это геополитический убыток России. При этом геополитический убыток – это не равно поражению, но всегда переформатирование отношений. Приведем характерный пример. США проиграли Вьетнамскую войну и были вынуждены уйти из Индокитая. А сегодня Вьетнам ежегодно только своих товаров продает в США на 110 миллиардов долларов. Для сравнения, годовой бюджет Украины – менее 50 миллиардов долларов. То есть отношения между Вьетнамом и США сегодня более тесные и взаимовыгодные, чем те, которые, вероятно, были бы, добейся Штаты победы во Вьетнамской войне, после которой страна была бы расколота на север и юг. У Сирии и РФ товарооборот последние годы стабильно был меньше миллиарда долларов, что, в общем-то, само по себе мизер. По сути, это экономическая лилипутия. С десятками откровенно недружественных стран Запада у России товарооборот несопоставимо выше. И это мы говорим о государстве, которое по щелчку выполняло все внешнеполитические хотелки Кремля: признание за РФ Крыма, независимости ЮО и Абхазии, референдумов 2022 года, ну и т.д. Но вот бизнес-проекта из Сирии выстроить не получилось. Важность Сирии для РФ была в наличии там двух военных баз, а также в использовании ее территории как перевалочного хаба на пути к ресурсной Африке. И вот эти вопросы у россиян сейчас в подвешенном состоянии. Но и здесь нужно понимать, что всё в мире появляется не вдруг, а взаимосвязано с различными процессами. Могла ли у РФ в 2008 году появиться в абхазской Гудауте военная база, не признай страны Запада в начале того же года независимость Косово? США признают независимость Косово и размещают там свою военную базу, а через полгода Россия то же самое делает с Абхазией и ЮО, размещая там свои военные базы. И вот Сирия. В военных пабликах РФ любят отмечать, что их военная база в сирийском Тартусе существовала еще со времен СССР, но это не совсем так, вернее, это совсем не так. В Тартусе еще с 1970-х был пункт военно-морского обеспечения советского флота. Это позволяло в порт заходить военным кораблям, осуществлять простой ремонт, пополнять запасы, но всё же это и близко не военно-морская база. Полноценное военное присутствие российской армии в Сирии случилось в современный период. Но, опять же, при каких обстоятельствах это происходило? Давайте проследим. «Арабская весна» начинается осенью 2010 года. В Сирию ее волна докатилась в феврале 2011 года. С марта там начинается полноценная гражданская война. А что в это время делает Россия? А, собственно, ничего. В пункте материально-технического обеспечения в Тартусе службу несут 4 (четыре!) человека. Это всё военное присутствие РФ в Сирии. В 2013 году начинается уже «движ-париж» на Майдане в Киеве. Весной 2014 года случается Крым. Отношения РФ и Запада стремительно идут вразнос. И уже в следующем году, осенью 2015-го, РФ начинает принимать непосредственное участие в боевых действиях в Сирии. По итогу там и появляются две полноценные военные базы – военно-воздушная (Хмеймим) и морская (Тартус). И, опять же, не случись Майдана, Крыма и разрыва РФ с Западом – появились бы эти базы у РФ в Сирии? С вероятностью в 100% – нет. Для чего это мы сейчас так подробно поясняем? Это ответ расплодившимся «специалистам по Сирии», рассказывающим, что перегруз РФ в Украине привел к тому, что Москва потеряла Сирию. Но Россия и «приобрела» Сирию только после киевского Майдана и Крыма. До этого российско-сирийские отношения были дружественными, но не эксклюзивными, уникальными, стратегическими и какими угодно еще. Отношения Москвы и Дамаска стали особыми только после 2014 года. Продолжение👇