Post #153

Зевс Громовержец мечет цветы. Молния Зевса Керавна (Κεραυνός) в эллинской иконографии изображалась в виде особого цветка. Восходит эта иконическая традиция к ранней архаике. Но дело в том, что молния-керавн изображалась в виде т.н. антемиона (ἀνθέμιον – буквально «цветок») – общеизвестного орнаментального мотива. Формальные совпадения полные. Мотив антемиона чрезвычайно древний. Восходит он, как минимум, к египетскому Древнему царству, откуда он, судя по всему, был заимствован по всей Передней Азии и Средиземноморью. Древнегреческий антемион представляет собой поясной орнамент в виде повторяющегося ритма стилизованного цветка лотоса и пальметты. Обращаю внимание: в антемионе традиционно присутствуют лишь лотос и пальметта. Символизм лотоса и ветвей финиковой пальмы с мечевидными листьями и связан с молниями, с солнечными лучами и с образом φύσις. Как известно, о фюсис в своё время много писал Хайдеггер. Фюсис (от которого образовано слово «физика») – это не только «природа», но и термин связанный первоначально со знахарством – с фармаконом (φάρμακον). Фюсис – это состояние зрелости магического растения. Это момент, когда растение набирает полноту своих медицинских и магических свойств – в день равноденствия или в день солнцестояния и т.д. То есть, фюсис описывает событие и состояние полной явленности, перехода из потенциальности в несокрытость-алетейю (ἀλήθεια). По Хайдеггеру, это и есть истина. Несокрытость. Однако, надо заметить, что композиция антемиона, по-видимому, с какого-то момента развивалась независимо от образа Зевсова перуна. Об это говорит соприсутствие орнамента-антемиона и цветочных перунов в вазописи. При этом антемион композиционно изощрён, в то время как молния остаётся в виде упрощённого цветка (см. фото 4). Я предполагаю, что образ цветочных перунов Зевса сложился в Бронзовом веке в крито-минойскую эпоху. Во всяком случае, образ пальметт на вазах в стиле Камарес (средне-минойский период, 1900—1700 гг. до н. э.) очень похож на перуны древнегреческой архаики (см. фото 2). Историк и археолог Ф.Р. Балонов в своей статье «Семантика κεραυνοι и φαρμακον в греческой иконографии и мифологии» усматривает смысловую связь между цветочной образностью перунов Зевса и магической практикой φαρμακον. Статья довольна старая, 1988-го года. Кроме того, мне не удалось найти научную полемику вокруг гипотезы Балонова, коли такая полемика была. Но его версия чрезвычайно интересная. Жаль, что он не увидел очевидного сходства иконических керавнов с орнаментальным антемионом. Но это ничуть не умаляет значение статьи. Я не столь уверен, как Балонов, что на Уляпском ритоне изображена именно мандрагора (см. фото 9). Но если допустить, что это, всё-таки, Mandragora officinarum, то мы получаем ещё один аргумент в пользу существования психоделических практик в Древней Греции. Мандрагора – сильнейший галлюциноген. Стоит добавить, что египетский голубой лотос (запрещённый в РФ) тоже содержит психоактивные алкалоиды. Я с осторожностью отношусь к теориям об использовании энтеогенов в Древней Греции, но я в курсе аргументации сторонников этих теорий. Скажем так аккуратно, использование психоделических веществ эллинами вполне вероятно. Так какие молнии метал Зевс Мандрагорас (Μανδραγόρας)? И какие видения дарила Афродита Мандрагорита (Μανδραγορῖτις)?