Post #215

Трагедия разумной души состоит в том, что онтологический День утомляет. День длится слишком долго. У него нет конца. День перестаёт быть событием. Полуденные бесы отнимают желание жить. День становится неотличимым от мировой ночи. Люди созданы Утром и ради утра. Люди – существа онтологического утра. Люди существуют лишь в Событии. Но всё дело в том, что утро и день суть свет. Утром и днём светит одно и то же Солнце. Бесконечный день это явленная ограниченному человеку вечность. Дневная тоска вызывает бунт. Люди хотят возвращения юности мира. Но Повторение невозможно. Желание вернуть утраченное Первособытие заводит обсессивные механизмы принципа навязчивого повторения, или того хуже – выталкивает человека во тьму ночи. Но в самой бесконечности дня есть странный несимволизируемый остаток – щемящее ощущение, что всё недаром. Сквозь сплошной покров дня видна вовсе не ночь. Истончённость и вместе с тем тотальность ткани временящего бытия и вызывает это чувство. Внечеловеческое величие раздавливает человека. Но оно же в своём беззащитном молчании указует на нечто, что за пределами всякого понимания. «И когда он тосковал, свою песню распевал Про смешной нескончаемый день: Целая неделя — нескончаемый день И полгода — беззвёздная ночь».