Post #220

Ольга бесспорно права – суфийские фотизмы и особые сверхестественные звуки определённо восходят к позднеантичным духовным традициям: к теургии «Халдейских оракулов» и неоплатоников, к герметизму, к гностицизму, и даже к древним мистериям. Ну и конечно суфийские танцы. У меня практически нет сомнений, что это продолжение традиций ритуальных экстатических танцев корибантов и куретов. То же самое можно сказать и о культе светового Вожатого в суфизме, столь вдохновенно описанном Анри Корбеном и имеющего прямое отношение к гностическому Адамасу и даже к древнему мистериальному культу Кабиров. И уже более осторожно можно говорить о суфийской теомнемии (равно как и об исихастской, кстати говоря), как о развитии античных традиций рецитации магических божественных имён-эпиклез. Есть в этом нечто величественное. Античность не прервалась. Сабии Харрана, напрямую повлиявшие на суфизм, поклонялись Бэлу и сохраняли античную религию вплоть до XII века. Должен заметить: то, что описано в мистической поэме «Мантик ат-тайр» («Язык птиц», «Логика птиц», и даже «Собор птиц») великого суфия Фарида ад-Дина Аттара с давних пор было в центре моей картины мира. Тридцать птиц и есть Симург – Царь птиц. Обо всём этом я, конечно, продолжу писать, но через некоторое время. У меня, увы, есть веские причины прерваться.