Post #422

ПРОВАЛ CYBERCOM 🇺🇸7-МИ ЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ Киберкомандование США получило критически важные обязанности по формированию киберсил в 2017 году, но халатно проигнорировало эту ответственность, что привело к полному краху системы. В рамках дебатов о создании отдельной киберслужбы было принято решение возложить эти функции на Киберкомандование, которое отвечает за организацию, оснащение, обучение и предоставление сил для киберопераций. Однако командование сосредоточилось на применении сил, пренебрегая формированием, что создало неработающую модель, которую невозможно исправить. Ошибочное копирование модели Командования специальных операций в 2017 году заложило основу для системных проблем. Министерство обороны механически скопировало полномочия Командования специальных операций из статьи 167 Кодекса США, просто заменив слово «специальный» на «кибер». Это решение игнорировало фундаментальные различия между двумя командованиями: если спецназ получает от служб специализированные возможности, то киберсилы формируются как модульные подразделения без привязки к конкретным службам. Отсутствие единой политики, процессов и надзора привело к хаосу в формировании киберсил. Киберкомандование не разработало комплексный процесс формирования сил и не создало специальную структуру для централизованного управления. Службы продолжили развивать киберсилы нестандартизированным способом, а киберкомпоненты служб превратились в разрозненные организации, ориентированные на интересы своих служб, а не на потребности Киберкомандования. Командная культура Киберкомандования изначально была неприспособлена для задач формирования сил. Штат командования состоял преимущественно из специалистов по радиоэлектронной разведке и связи, которые были склонны к проведению операций, а не к методичной работе по формированию сил. Это привело к формированию культуры, сосредоточенной на применении сил, в то время как обязанности по формированию были переданы киберкомпонентам без должного контроля. Результатом стали критические проблемы с готовностью, обучением и укомплектованностью подразделений. Службы используют обманные методы отчетности, объявляя подразделения полностью боеспособными при укомплектованности всего 67-75%. Отсутствует стандартизированная система обучения, персонал прибывает в Киберкомандование с несогласованными навыками, а квалифицированные специалисты постоянно перебрасываются между подразделениями для создания видимости полной готовности. Когда Министерство обороны повысило статус Киберкомандования до боевого командования с одновременной ответственностью за формирование и применение сил, это нарушило принцип Голдуотера-Николса, доказавший свою эффективность и действующий по сей день. Преимущество службы заключается в том, что она предназначена только для одной военной операции. Киберкоманда — единственный действенный способ устранения и поддержания формирования киберсил. Кроме того, это позволит Киберкомандованию сосредоточиться исключительно на своей критически важной задаче применения сил, как и должно быть.