Post #82

Давно хотел и наконец взялся за чтение венгерского философа Дьёрдя (Георга) Лукача. Вследствие этого немного переосмыслил то, что читал о Лукаче до знакомства с его текстами. Во-первых, глава в шестой книге «Введения...» Ю.И. Семёнова, посвященная западному марксизму XX в., грешит тем, что характеризует Д. Лукача как идеалиста, и, следовательно, не-марксиста в философии. Причина такой несправедливости к Лукачу заключается в том, что в рассмотрение принимается лишь его ранняя книга «История и классовое сознание» (1922). Эта работа (точнее, сборник очерков) действительно идеалистическая, что впоследствии сам автор признает, даст критику взглядам своей молодости и напишет ряд новых книг, где выступит уже как материалист. Однако Ю.И. категоричен: идеалист и баста! Здесь, конечно, нельзя обвинить Семёнова в недобросовестности, ведь перед ним стояла задача показать тенденцию в развитии философской мысли XX в., а эта тенденция (философствование в духе социоконструктивного идеализма при субъективной приверженности марксизму) действительно имела место и была выражена, помимо молодого Лукача, такими авторами, как А.А. Богданов, К. Корш, А. Грамши и др. Во-вторых, ильенковец С.Н. Мареев в книге «Из истории советской философии: Лукач-Выготский-Ильенков» проделывает со взглядами Лукача ту же операцию, но благожелательно — ведь с позициями Лукача-идеалиста он согласен. Разумеется, Мареев не мог не упомянуть предисловие Лукача к изданию «Истории и классового сознания» 1967 г., в котором автор открещивается от своих прежних взглядов, и не мог не учесть позднейшей неоконченной книги «К онтологии общественного бытия», написанной уже Лукачем-материалистом. С этой коллизией Мареев расправляется очень просто. Он пишет: «когда Лукач критикует себя, он вовсе не обязательно прав», и тем «снимает» проблему. В результате и для читателей книги Мареева Дьёрдь Лукач предстает в ложном свете. Такие дела. #Лукач