Post #3346

📌Новые ультраправые террористы Франции – кто они? Больше нет лысого скинхеда из пригорода, нет и студента-юриста, мечтающего о путче. Инцелы, отцы семей, бывшие военные… ⏹️По заказу тюремной администрации историк Николя Лебур составил отчёт, в котором описаны 104 человека, арестованных с 2017 года за насильственные действия, связанные с крайне правыми движениями. Это мужчины – и несколько женщин. Хотя джихадистское движение по-прежнему представляет собой основную угрозу во Франции, крайне правая идеология является вторым по значимости террористическим потенциалом. ⚡️⚡️⚡️Только в 2025 году было открыто пять дел, связанных с этой тематикой. Среди этих людей числятся 53 «TUD» – сокращение от terroristes d’ultradroite (ультраправые террористы), полицейский термин, обозначающий насильственные группы, причастные к подготовке терактов. К ним добавляются 51 радикальный активист – неонацисты или иденитаристы, нападающие на имущество и людей на улицах. Изученные 104 человека представляют собой разнородную группу, но с одной яркой чертой – заметным старением: почти 30 % из них старше 50 лет. Некоторые – пенсионеры, другие – отцы семей, давно женатые и социально интегрированные. Среди них встречаются ремесленники, офисные работники, военные, безработные, но крайне редко полностью маргинальные личности. Доля женщин остаётся незначительной – всего около 10 % выборки. Среди изученных людей 22 состоят в браке. Многие имеют детей – иногда до семи. У самых молодых, особенно у так называемых акселерационистов – сторонников идеи ускорения краха системы с помощью террористических действий – доминирует одиночество: это инцелы, мужчины, никогда не имевшие длительных отношений, часто зависимые от порнографии или педопорнографии. В отчёте подчёркивается этот контраст ⬇️ ультраправые террористы – чаще социально устроенные мужчины, тогда как фашизирующиеся активисты остаются заперты в мужском замкнутом кругу. 🪖Круги социализации играют решающую роль в процессе радикализации. Армия, стрелковые клубы, небольшие подпольные группы – всё это становится матрицами, где фрустрация превращается в гнев, а затем – в готовность к действию. Одиннадцать человек происходят из военных семей, ещё девять сами служили в армии. Через всю выборку проходит представление о «служении», дисциплине и мужественности. 🛩Но настоящей «школой радикализации» остаётся интернет. Telegram служит идеологическим шлюзом, через который люди погружаются в экстремизм. Там обмениваются расистскими мемами, видео с обезглавливаниями и боями, планами терактов. Для многих из этих людей, склонных к террористическим действиям, теракты джихадистов 2015 года стали переломным моментом. Один из членов группы AFO, переживший атаку в Батаклане, вышел оттуда убеждённым, что «гражданская война уже началась». В отчёте подчёркивается: современная праворадикальная насильственная среда крайне бедна в теоретическом плане. Лишь один активист написал сколько-нибудь структурированный трактат – апологию «обновлённого фашизма». Остальное – скорее фольклор: татуировки со свастикой, флаги Третьего рейха, эсэсовские безделушки на полках, обнаруженные при обысках. ✔️Зато теория «великого замещения» выступает как общий идеологический фундамент: Франции, по их убеждению, угрожает «наводнение» мигрантов при содействии коррумпированных элит, и потому насильственные действия воспринимаются как форма сопротивления. Наиболее радикальные – неонацистского толка – добавляют к этой ложной теории, популяризированной Рено Камю, заимствованное из США понятие «геноцида белых». Привлекательность этой теории в том, что она объединяет все формы ненависти: антисемитизм, исламофобию, антиэлитизм, антиваксерство, бытовой расизм – для каждой из них в этой системе находится место.