Post #3421

🤡RN предлагает вернуться во Францию 40-х – вновь открыть дома терпимости «Национальное объединение» похоже нашли «революционное» решение для Франции 2025 года. Правда оно не поможет справится с кризисом стоимости жизни, бездомностью и проблемами в социальной сфере. Крайне-правые предложили легализовать бордели. Депутат Жан-Филипп Танги при поддержке Марин Ле Пен готовит законопроект о создании «кооперативных» публичных домов. Якобы под управлением самих работниц секс-бизнеса. 🔴Фасад для эксплуатации Аргумент сторонников: проституцию не искоренить, поэтому нужно её «цивилизовать» — загнать в контролируемые заведения с медосмотрами. Но эта модель уже провалилась в Германии и Нидерландах. Амстердам официально признаёт: легализация не защитила женщин, а принесла выгоду сутенёрам и криминальным сетям. Легальный бордель не отменяет насилия и унижения. Он лишь придаёт эксплуатации видимость законности, нормализуя товаризацию женских тел. RN предлагает легализовать форму сексуального рабства, удобно переименовав его в «центры безопасности». 🔴Чей это запрос и каковы настоящие приоритеты? Инициатива выглядит как чистый электорализм, рассчитанный на специфическую часть электората крайне правых. Но она показывает истинные приоритеты: вместо поддержки жертв насилия — институционализация системы, где женщины становятся «наёмными работницами» по удовлетворению мужского спроса. 🔴Против кого этот закон? 1️⃣Против женщин. Он усиливает гендерное неравенство, делая женщин товаром. 2️⃣Против секс-работниц. Французский профсоюз секс-работниц уже выступил против! Их требование — не регуляция, а декриминализация. Они требуют прав на здоровье, безопасность, объединение в профсоюзы и труд — без принудительного «контроля» через бордели, который по сути является узаконенным сутенёрством. 3️⃣Против общества, которое хочет решать реальные проблемы, а не создавать новые. 🥹Сексуальность — это вопрос желания, а не товарно-денежных отношений. Трагедия, когда женщины вынуждены заниматься проституцией из-за нищеты или травмы, не должна становиться основой для новой, узаконенной государством трагедии — превращения их тел в легальный товар. Что это за общество, которое решает «проблему» сексуальной неудовлетворённости одних за счёт институциональной жертвы других?