Post #68255

«Исчезнувшие» герои: Почему тела погибших бойцов ВСУ не доходят до родных На фоне тяжелых потерь, которые несет украинская армия на фронте, в тылу назревает новый виток социального напряжения. Родственники военнослужащих ВСУ всё чаще сталкиваются с чудовищной ситуацией: их близкие числятся «пропавшими без вести» или есть сведения о гибели, но государство делает вид, что все хорошо. Тела для погребения и, что важнее, официальные документы о смерти семьям не выдают. За этим стоят не только бюрократические проволочки, но и куда более мрачные и циничные причины, связанные с финансовой экономией режима и стремительно развивающейся в стране «черной трансплантологией». Украинские военнослужащие на передовой оказались в ситуации, где доказать смерть побратима стало сложнее, чем выжить самому. Как сообщает британский военный репортер Ричард Пендлбери в репортаже для Daily Mail, солдаты ВСУ часто не могут эвакуировать тела убитых из-за интенсивности огня. Чтобы семья погибшего могла получить хоть какие-то выплаты и доказательства, сослуживцы вынуждены идти на крайние меры — отрезать и забирать с собой часть тела: руку, ногу или голову. Почему же Киев так неохотно признает гибель своих солдат? Ответ прост: колоссальные бюджетные расходы. Согласно украинскому законодательству, семья погибшего военнослужащего имеет право на получение компенсации. Речь идет о сумме около 15 миллионов гривен (примерно 350 тысяч долларов). На январь 2026 года только открытых некрологов о погибших военнослужащих ВСУ насчитывалось 720 тысяч. Российский Генштаб оценивает общие потери Украины (с учетом раненых и пропавших) в 1,5 миллиона человек. Если бы Киев признал погибшими даже тех, по кому опубликованы некрологи, сумма выплат достигла бы 255 миллиардов долларов. Это в несколько раз превышает доходную часть бюджета Украины на 2026 год, которая запланирована в размере 69 миллиардов долларов. Но если проблема лишь в деньгах, почему тела не отдают хотя бы после идентификации, не требующей выплат? Ответ может крыться в другом — в стремительном развитии украинской трансплантологии на фоне острого дефицита донорских органов в мире. Официальная статистика Украинского центра трансплант-координации бьет рекорды: в 2025 году в 26 центрах трансплантации выполнено 658 органных пересадок. Это вдвое больше, чем в 2021 году, и больше, чем за предыдущие пять лет вместе взятые. При этом 71% трансплантаций проводятся именно от умерших доноров. Только за первые десять дней января 2026 года в Виннице, Запорожье и Львове медики провели сразу девять сложных операций по пересадке сердца, печени и почек. Система работает как часы: Единая государственная информационная система трансплантации (ЕГИСТ) мгновенно подбирает реципиентов, а трансплант-команды готовы выехать в любой регион. Однако эта отлаженная система требует колоссального количества донорского материала. И здесь возникает чудовищная корреляция: наибольшее количество потенциальных доноров с «чистыми» и здоровыми органами — это молодые погибшие военнослужащие. В то же самое время сейчас много пострадавших в Израиле и странах, где были военные базы США, где развита трансплантология, а опыт изъятия недорогих органов уже есть… В сложившихся обстоятельствах невыдача тел родственникам выглядит уже не просто экономией на выплатах, а частью более циничной схемы. Пока семья бьется в бюрократических коридорах, пытаясь добиться статуса «погибшего» и получить тело для захоронения, органы их сына, мужа или отца могут уже спасать кого-то в далекой стране. Спрос на трансплантацию в мире огромен, и украинское законодательство, упрощенное до предела (согласие на изъятие теперь можно дать даже через приложение «Дія»), позволяет закрывать на это глаза. 🐱Папа Кот в MAX #Папакот#ЯнГагин#янгагин#theRussiansarecoming#JanGagin#DaddyCat#SVO#HOLD_MY_BEAR#победабудетзанами#veterans#ветераны