Post #709

когда солнце-желвак ввинчивается в панель черепа через ржавые оптические нервы, и я не отказываюсь от логоса вертикали, от нумограмм наведения финансовых личинок и отношений, сплетённых из паутины и проводков, озарений в социуме-улье и в себе — в сырой маслушке сознания, где по стенам ползут формулы, а по полу — слизь забытых транзакций. когда солнце-клоп врастает в гипоталамус, и я стремглав возвожу внутри ризому: любовь — ферментированная желчь, сочащаяся из желёз под фасетками, липкий синапс, прошивающий хитин другого, обмен соками через ранки-порты; добро — симбиотическая плесень, растущая на разлагающемся мясе долга, белый, пушистый мицелий взаимности, пожирающий отбросы эго; и неизбежность смотреть всё глубже сквозь многослойные плёнки реальности, сквозь пиксельный дождь и аналоговые помехи, в твой чудовищно чудный Мир — в бесконечный улей, где каждая ячейка звенит кодом 555, а в сотах мёда — гудит матка смысла, и даже гниль поёт хвалу Абаздрубазарбру.