Post #4265

По расчетам Reuters, цена русской нефти, используемая для расчета налогов, 9 марта была равна 6105 руб. за баррель, что на 82% выше, чем 27 февраля, за день до начала военной операции США и Израиля против Ирана. 9 марта баррель Urals стоил более $100. Как отмечает Reuters, нефть этой марки впервые за долгое время продавалась в Индию с премией к Brent. В отечественных СМИ праздник. Мы, конечно, утрируем, но злорадством по поводу «глупости»Трампа и стратегических ошибок Пентагона родное медийное пространство действительно переполнено. Мы же в таких случаях обращаемся за комментарием к Леониду Крутакову, он всегда ситуацию видит иначе. «В прошлый раз я вам присылал картинку, повторите ее здесь (ниже поясню зачем). Дело в том, что у нефти (как у любого исчерпаемого природного ресурса) две цены. Первая – актуальная, продиктованная текущим товарным потоком (фьючерсную торговлю «бумажной нефтью» оставлю в стороне из-за недостаточного формата, это разговор для второй книги). Вторая – остаточная, она зависит от объема извлекаемых запасов. Особенность этих двух цен в том, что они расположены не на параллельных векторах движения, а на сходящихся. Чем больше объем текущих продаж (объем добычи), тем меньше оставшийся объем запасов. Исходя из классической (спрос-предложение) теории ценового равновесия, получается, чем ниже цена текущих продаж (предложение превышает спрос), тем выше растет цена оставшихся в земле запасов (сокращение общей товарной массы). Специально упрощаю проблематику до уровня спроса-предложения (вопрос глубже намного), чтобы она была понятнее целому поколению российских экспертов и управленцев, выросших в примитивной логике рынка. Так вот эти два ценовых вектора сходятся в точке наивысшего ценового показателя – цена нефти становится запредельной в силу ее абсолютного дефицита. На картинке показано, как меняется объем извлекаемых запасов нефти в зависимости от ее цены. Это и есть проявление зависимости, которую я описал. Понятно, что при цене в $150 немногие смогут себе позволить роскошь автомобиля или банальный памперс для ребенка (из нефти делается). Понятно, что жить на сегодняшнем уровне благосостояния смогут только элитарии (это даже не «золотой миллиард», думаю, и не 200 миллионов). Большая часть населения Земли должна будет вернуться лет на 50-100 назад, к землепашеству и огородничеству. Я опять-таки не буду разбирать ситуацию по типу, а что, если не в долларах. Принципиально ситуацию со сходящимися ценовыми траекториями денежный эквивалент не меняет. Он меняет бенефициара этой ситуации (группа лиц, которая сохранит свой уровень жизни, то есть власть). В этом и состоит задача США (у нас пишут Трампа) – сохранить оценку нефти в долларах. Все комментарии современных отечественных аналитиков и прогнозы управленческих элит России расположены в горизонте текущих (спрос-предложение) цен на нефть. США «мыслят» в горизонте остаточной цены (запасы). То есть мы мыслим в краткосрочном горизонте событий, а они смотрят за горизонт. Выигрывает всегда тот, у кого стратегия длиннее (это так даже на рынке). Как бы не закончилась война в Иране, США уже выиграли. Восстанавливать разрушенную нефтяную инфраструктуру Ближнего Востока будут за счет долларовых кредитов. Китай с его юанем никто на Ближний Восток больше не пустит. БРИКС показал свою политическую профнепригодность. США обозначили свои интересы силовым контуром (пометили территорию). А если договорятся с Россией о совместном (на долларовые кредиты) освоении Восточной Сибири и шельфа Арктики, то юань окончательно «давай, до свидания!». P.S.: Рад буду ошибиться. Во второй книге подробно рассматриваю проблему. Умирает вся актуальная модель отношений. Будет это взрыв или медленное разложение, вопрос отдельный. Зависит он от глубины стратегического мышления ключевых игроков. Россия входит в их число, взгляните на объем ее запасов при цене в $150 за баррель...».