Post #3515

ФБ Александра Кравецкого, который не только заметил, но и пояснил то, что я не увидела. По следам двух выставок: На выставке Кустодиева впервые обратил внимание, что он явно старался, чтобы кресты на храмах не бросались в глаза. Кресты у него скорее угадываются. И это не случайно. Синод достаточно строго следил за тем, чтобы священные изображения не попадали на картины художников и экраны кинотеатров. Когда в 1913 г. А.Ханжонков обратился в Синод с просьбой разрешить сделать серию документальных фильмов о православных монастырях, Синод запретил этот проект, поскольку при этом в кадр неизбежно попадали священные изображения. На театральной сцене запрещались иконы в красных углах. Подозреваю, что именно по этой причине у Кустодиева в «Московском трактире» икона не прописана и можно лишь догадаться, что это святитель Николай. При этом вербочка около иконы и лампада прописаны детально. А вот у Дейнеки крестов и икон предостаточно. В первую очередь, в гравюрах для «Безбожника у станка». Сильно подозреваю, что иконы и кресты на экране, сцене и т.д. – это советская и вполне себе атеистическая традиция, которая лишь из постсоветской России кажется «святой Русью». И борьба активистов, стремящихся изображать кресты, где только возможно (например, на купюрах), восходит к этой атеистической традиции.