Post #1686

Сегодня в #гости_на_привязи заглянул музыкальный критик и автор канала «Русский шаффл» Олег Кармунин. Если вы не знали, автор питает слабость к поп-музыке своего детства и этот канал стал для меня одним из первых в телеграме, который я регулярно читал. И даже в далеком 2018 году откликался на предложение что-то написать для канала, но так и не придумал себе тему. А уж проект «История русской поп-музыки» был засмотрен мною до дыр (кстати, рекомендую, плейлист на историю 90-х и 00-х). И вот наконец-то я осмелел позвать Олега поговорить про мистификацию в нашей поп-музыке, популяризацию попсы и музыкальный пиар. Вы же в своих выпусках часто разбираете мифы и легенды российской эстрады 90-х и нулевых. Осталось ли для этого место сейчас? Или сегодня в тренде только искренность? Я считаю, что мистификации всегда нужны, особенно в поп-музыке. Потому что людям довольно скучно смотреть на таких же, как они, простых людей — людей из метро, из транспорта. Вот едет какой-то Вася в автобусе. А что, если он из этого автобуса выйдет на сцену и останется таким же? Это довольно скучно. Конечно, этим пользовались поп-артисты. Но все-таки лучше как-то приукрашивать свой образ и говорить, что ты якобы не такой, как все. У тебя какая-то удивительная внешность или удивительная биография. И с этим играли многие артисты. Мне кажется, что это работает просто потому, что поп-музыка — это какая-то литература. Геройская, может быть, даже супергеройская. И все наши поп-артисты — это лучшие версии нас. Конечно, они такими в жизни не являются, но всегда приятно смотреть на какой-то продуманный образ. Это неправда, и мы понимаем, что это неправда. Но смотреть на эти сюжетные перипетии людей приятно и интересно. Так было раньше, например, певец Шура, Саша Медведев, — обычный мальчик, но он стал каким-то удивительным персонажем, который танцевал в шубе, в трусах, без зубов, в шапке-ушанке и пел совершенно удивительным голосом какие-то странные песни Паши Есенина. Это же правда классно? Он не такой, как все, это интересно. В западной индустрии, например, Аврил Лавин. Про нее рассказывали, что она всегда такая скейт-девчонка, увлекалась скейтом, такая «girl next door», что называется. Она такая — чуть-чуть неформалка. Может быть, она вообще такая же обыкновенная девчонка, как и любая другая с улицы.Но вот ей придумали этот образ. Я считаю, что это круто, так нужно делать. И нам, я думаю, этого не хватает в нашей индустрии. Когда начинался проект «История российской попсы», вы говорили, что изучать этот жанр как-то непочетно. Изменилось ли отношение к попсе сейчас? Вы знаете, мне кажется, изменилось. Потому что есть вообще такая теория — можете посмотреть — «рокизм и поптимизм». Рокизм — это убеждение, что рок — всему голова, что рок-музыка это более элитная, интересная, более умная музыка, а попса — какая-то ерунда. И вот потом появилось движение поптимистов (видимо, я ему тоже способствовал) — это те, кто начали утверждать, что поп-музыка — это тоже интересная музыка, и это тоже нужно исследовать, слушать и ей заниматься. Мне кажется, что сейчас довольно многие люди стали поптимистами. И уже идет какое-то обратное движение, когда публично звучащая попса уже людей начинает задалбывать, и люди начинают увлекаться какими-то более подземными течениями. Как изменился музыкальный пиар за последние два года? Ну, неожиданный вопрос. Дело в том, что я не музыкальный пиарщик. Я не знаю, как он изменился. В России за последние два года, мне кажется, принципиально в музыкальном пиаре ничего не поменялось. За исключением закрытия довольно большого количества площадок и каких-то проблем, связанных с тем, что люди не могут выложиться на многие сервисы. И у нас как-то все централизуется в России, например, дистрибуция музыки. Музыкальный пиар остался примерно на том же уровне. На кого обратить внимание из артистов? Я собрал для МТС Музыки плейлист про мое лето. Рекомендую обратить внимание на любого из этих артистов , они хорошие.