Post #95

Письмо второе Дорогой Кирилл Иванович Пишу на дом, ибо в Гагры не успеет дойти мое послание. Как видите, тов. Луполл говорил одно, а Серебряков другое. Есть еще и другой тов. – Одаркина, ученица Маца, вот эти оба, а Одаркина главным образом, где только можно позорит меня как только может. Вот что она заявляет на общих Собраниях в присутствии Р.К.И. и представителей рабочих, Первое: Малевич окопался в ГИИИ а ведет свою индивидуалистическую работу, Малевич прикрылся Производственными Лозунгами и ведет никому не нужную работу. И т. д. Она Секретарь ИЗО отдела ГИИИ не знает того, что до сих пор фарзавод работает суперматическую посуду на экспорт. Только сейчас из моей Лаборатории вышла чернильница – уже на фарзаводе, таким образом уже в этом году мы дали вещи, которые вошли в быт и экспортную продажу. А стенгазета уже объявила меня врагом пролетариата, ибо под актуальной вывеской обновляется быт супрематическими вещами. Здорово. Наругавшись вволю, испозорив меня, РКИ с представителями рабочих обследовали мою Лабораторию, которая представляла полный разгром свалки изломанных, разбитых работ моего творчества (кстати фотографа никакого не было, а нужно было бы). Я говорил три часа, чистил в свою очередь тех тов. изв. за выраж. которые под Марксистскою вывеской преграждают путь моей работе, фактически дающей новые формы в быт. Я показал всю активность этих товарищей выразившуюся в том, что разгромили мою Лабораторию. Комиссия РКИ в лице рабочих была совершенно удовлетворена и даже возмущена и как я слыхал, нашла, что моей работе должен быть даден ход, переместив меня в более лучшие обстоятельства, но резвость компании в партийном собрании, в которое мне конечно доступ закрыт, будут лить грязи сколько угодно. Председатель РКИ комиссии Закс, а всей комиссии не знаю какой Масленников. Закс был у меня в Лаборатории и вынес положительное о ней. Что делать я не знаю. Переехать в Москву не спасение, но и здесь жить нет сил, за Маяковским идти как-то неудобно, но инцидент «исперчивается» во всю. Работать мешают здорово, устоять одному против новой волны после буржуазной трудно, устанешь, а устоял. Вы пишите переехать в Москву, но для этого нужно получить сначала работу, да денег для перевозки хлама и семьи. Квартиру я смогу обменять на Москву. Но за что зацепите в Москве… Я знаю, что как бы не обвиняли меня, как врага, все же на смену всему старому пойдут мои формы и они идут, только благодаря средневековому невежеству и отношению нашей передовой современности к новому, я могу пострадать как Бруно. Но мои формы останутся как остались доказательства Бруно. Пока что Партия еще не запретила развивать каждому художнику и направлению, но дилетанты ее ведут сильную борьбу, запрещают. Поэтому мне думается, что вы должны все же обратить на это внимание, в особенности на инцидент в ГИИИ. Это не инцидент, а злостная расправа в глухой провинции надо мною. Нужен или не нужен, если не нужен, то что нужно сделать со мною? Неужели я всем своим поведением удостоился только издевательства. Хорошо, что Вы знаете меня вдоль и поперек, есть кому хоть написать, для будущего (если письма сохраняются), а то, что Вы знаете меня, дает надежду. Жалко только, что фотограф не явился, документ был бы хорош. Не знаю какую работу можно получить мне в Москве, мне думается, что это трудно. Единственное было бы хорошее занятие для меня – это проехаться с выставкой за границу и написать книгу с приложением к ней лучших заграничных материалов по Искусствам Живописи Скульптуры, Архитектуры, а также по «Теории Прибавочного Элемента» книги «Изология» (украинская филия Госиздата даже предложила мне составить план этих больших работ).