Post #1450

Окружающий нас мир живёт по вполне ощутимым законам. Один из них - всеобщая энтропия. Иными словами, всё вокруг нас стареет. И мы сами на уровне, как минимум, наших тел тоже, к сожалению, подвержены тлению. Однажды начав существовать, мы обязательно рано или поздно окажемся лицом к лицу со смертью. Которая христианством, правда, воспринимается не как конец всего, а скорее, как переход. От жизни земной к иному формату существования. Какому? Вот об этом мы и поговорим. Звучащее на Литургии евангельское чтение, как и в целом вся двадцать пятая глава Евангелия от Матфея, говорит нам о завершении пути как отдельно взятого человека, так и мира в целом. Из уст Господа Иисуса мы слышим описание Его Второго пришествия - события, благодаря которому привычной нам реальности будет подведен итог. Православное предание часто связывает Второе пришествие со Страшным судом. В евангельском повествовании, впрочем, слово «суд» отсутствует. Вместо него в тексте оригинала мы находим понятие «кризис», имеющее скорее значение – «разделение», «разобщение». Господь Иисус, придя на землю повторно, разделит человечество на две части. Для описания этого процесса используется привычный для ближневосточных жителей образ пастуха, отделяющего овец от коз. Овцы в те времена считались более полезными и благородными животными. Но суть не в этом. А в том, что, собственно, становится принципом разделения, которым и руководствуется Господь. Его (данный принцип) можно понять, прочитав притчи, предшествующие описанию Второго пришествия. Это две истории - о десяти девах и о талантах. В каждой из них говорится о неравнодушном, деятельном отношении человека к жизни и к тем способностям, которыми он наделен Богом. Вчитавшись в упомянутые притчи, мы отчетливо понимаем, что Царство Небесное невозможно так сказать, взять штурмом в результате сиюминутного эмоционального порыва. И пребывания в Раю сподобятся, скорее всего, только те, кто в результате вполне ощутимого, постоянного и терпеливого труда достигнет родственности со Христом. Вот он - принцип великого и страшного разделения в конце времен. Спаситель, вновь пришедший на землю, будет пристально вглядываться в лицо каждого человека, ища упомянутой схожести, желая увидеть родное для Себя лицо. Не в смысле национальности или определенных форм носа или глаз. А в смысле наличия или отсутствия на личности человека отпечатка милосердия – добродетели, роднящей нас с Богом. Вот почему Христос при описании Страшного суда делает акцент на вопрошании - помогли ли вы бедному, накормили ли голодного, навестили ли больного? Тем самым Господь Иисус указывает, что искреннее добро, адресованное человеку, как бы ретранслируется Богу. Не потому, что Он в этом добре нуждается, а для того, чтобы установилась связь родственности, которая только и может сделать нас частью народа Божьего - детьми Отца Небесного.