Post #338

"... Когда в зале успокаивается жужжание, Жуков встаёт и объявляет о начале заседания для принятия капитуляции германской армии. Потом говорится о полномочиях, кто каким правительством уполномочен, и читаются документы на разных языках. На всё это уходит минут десять. Жуков снова встаёт и, обратившись к стоящим у входных дверей офицерам, сухо говорит: - Введите германскую делегацию. Двери распахиваются, и в них входят Кейтель, Фридебург и Штумпф, за ними несколько офицеров, видимо адъютанты. Для того чтобы дойти до своего стола, Кейтелю надо сделать только три шага. Он делает их, останавливается за средним креслом и, вытянув руку с коротким фельдмаршальским жезлом, делает им быстрое движение вперёд и назад, почему-то напоминающее мне гимнастику с гантелями. Отодвинув кресло, садится и кладёт жезл перед собой. Фридебург и Штумпф тоже садятся. Их адъютанты стоят сзади. Жуков встаёт и что-то говорит - не слышно что. Это переводят немцам Кейтель утвердительно склоняет голову. Затем продолжаются разные подробности процедуры. Я слежу за Кейтелем. Он сидит, положив перед собой на стол руки в перчатках. Штумпф кажется совершенно спокойным, Фридебург застыл в неподвижности, но в самой этой неподвижности чувствуется беспредельная угнетённость. Кейтель тоже сначала сидит неподвижно, глядя перед собой, потом чуть повёртывает голову и внимательно смотрит на Жукова. Снова смотрит в стол перед собой и снова на Жукова. И так несколько раз подряд. И хотя это слово, казалось бы, предельно не подходит к происходящему, но я всё-таки вижу, что он смотрит на Жукова с любопытством. Именно на Жукова и именно с любопытством. Как будто он увидел человека, который его давно интересовал и сейчас сидит всего в десяти шагах от него. За центральным столом начинают подписывать документ. Подписывают Жуков, Теддер, Спаатс, последним Делатр де Тассиньи. Пока они подписывают документ, лицо Кейтеля становится страшным. В ожидании секунды, когда придёт очередь подписывать ему, он сидит прямо и неподвижно. Высокий офицер, стоящий за его креслом по стойке смирно, плачет, не двигая при этом ни одним мускулом лица. Кейтель продолжает сидеть прямо, потом вытягивает перед собой на столе руки и сжимает кулаки. А голову всё больше и больше закидывает назад, так, словно хочет закатить обратно под веки готовые вывалиться оттуда слёзы. В это мгновение Жуков встаёт и говорит: - Германской делегации предлагается подписать акт о безоговорочной капитуляции. Переводчик переводит это по-немецки, но Кейтель где-то уже в середине перевода, поняв смысл его слов, делает короткое движение по столу к себе, выражая этим согласие, чтоб им дали сюда, на этот стол, акт для подписания. Но Жуков продолжая стоять, коротким движением протягивает в сторону немцев руку и, поведя ею по направлению к столу, за которым сидят союзники, говорит жёстко: - Пусть подойдут подписать сюда. Первым встаёт Кейтель. Он подходит к узкому концу стола, садится на стоящее там пустое кресло и подписывает несколько экземпляров акта. Потом встаёт, возвращается к своему столу и садится в прежней позе. Подписывая, он снял перчатку. Сейчас он снова натягивает её на руку. Вслед за ним идут подписывать Штумпф и Фридебург. Пока всё это происходит, я продолжаю смотреть на Кейтеля. Он сидит вполоборота к столу, за которым сидят союзники, смотрит на них и о чём-то думает так упорно и напряжённо, что, очевидно, незаметно для себя, подняв правую руку в перчатке, берёт ею себя за лицо, за тяжело отвисшие щёки и подбородок и мнёт, мнёт, почти комкает лицо рукой в перчатке. Последний из трёх немцев подписывает акт и возвращается на место. Жуков встаёт и говорит: - Германская делегация может покинуть зал. Немцы встают. Кейтель делает жезлом такое же движение, которое сделал, когда вошёл, поворачивается и выходит. Остальные выходят следом за ним. Двери закрываются. И вдруг всё накопившееся в зале напряжение исчезает. Исчезает так, словно надолго задержали воздух в груди и разом выпустили его. Общий облегчённый, расслабленный выдох. Капитуляция подписана. Война кончилась..."