Post #78575

Как я проиграл войну – 2 2 мая 2014 года был редким в тот период днём, когда я ничего не делал и не заглядывал в новостную ленту. Этому дню предшествовало насыщенных полтора месяца политической активности, связанной с событиями в Новороссии. В марте я удачно съездил в Крым, неделей ранее вернулся с неудачной поездки на Донбасс, а накануне участвовал в организации Первомайской демонстрации в поддержку Русской весны на Невском проспекте. И хотя в те дни и недели мы круглосуточно следили за происходящим на Донбассе, почему-то именно в тот роковой день я ни за чем не следил и занимался личными делами. Вечером я поехал на встречу, сел в метро и первый раз за день решил почитать ленту. Это был тот момент, который полностью и необратимо изменил мою жизнь. Кадры из Одессы вызвали во мне то, что называется изменённым состоянием сознания – подобное обычно происходит при серьёзных потрясениях или употреблении психоактивных веществ. Я вышел из метро на Невский проспект у канала Грибоедова. Сколько вечеров выносило меня на это место, чтобы тут же увлечь дальше – на улицы и набережные, в рестораны или квартиры, где в разношёрстных компаниях неуёмно пилась, курилась, воображалась и бурлила жизнь нас, вечно молодых и вечно пьяных, ищущих смыслы и достигающих целей. Но в тот момент шумный поток городской жизни и обаяние вечернего Питера прошли сквозь меня, не затронув. Жизнь закончила бег в никуда и остановилась – «всё встало на свои места». Идти было больше некуда и незачем. Куда бы я ни пошёл, я бы нёс с собой горящий Дом профсоюзов. К тому моменту в Донецке и Луганске ополченцы почти месяц блокировали областные органы власти, а Стрелков с вооружённым отрядом уже две недели как удерживал Славянск. Было понятно, что в Питере больше делать нечего. Мой друг, с которым я ехал встречаться 2 мая, не был готов всё бросить и ехать в Новороссию, и я сразу потерял к нему интерес. На следующий день я встретился с комиссаром движения «Наши» в наивной надежде найти там добровольческий потенциал. Эта молодёжная организация, щедро финансируемая и опекаемая правительством, была создана после первого украинского Майдана (2004) с целью противодействия «цветной революции» в самой России. Никакой политической борьбы и живой идеи у «Наших» не было – их активность питали лишь админресурсы и политтехнологи. Логично, что когда в России в 2011-м разыгралась «цветная революция» (точнее попытка её разыграть), никакого влияния на улицу молодёжная армия «Наших» не оказала. Не проявила она себя никак и в событиях в Новороссии. Питерский комиссар «Наших» на встрече со мной всецело разделял мой решительный настрой, искренно негодовал о произошедшем в Одессе, но вразумительного ответа о реальном участии так и не дал. В течение суток я написал много сообщений и провёл ещё несколько встреч, но людей с изменённым состоянием сознания среди них не было. Все были поражены одесской трагедией, поддерживали мою идею, некоторые отправились воевать позже, но тех, кто был готов бросил всё и ехать немедленно, в Питере я не нашёл. Но я нашёл такого человека в Москве. Его звали Олег Мельников. *** Спецсбор на лучшую русскую радиосвязь для лучшей инженерной бригады: тыл-22.рф/гранит 2202205028860788 (Александр Григорьевич Ж.)