Post #78580

Как я проиграл войну – 5 Осень 2012-го, Киев. В офисе партии «Свобода» под портретом Бандеры сидели два дурака. Один считал себя украинским националистом и важно говорил, второй считал себя русским националистом и внимательно слушал. Один недавно попал в украинский парламент и делился политическим опытом. Второй очень хотел попасть в русский парламент и приехал политический опыт перенимать. Одного дурака звали Андрей Ильенко, второго – Александр Жучковский. Зима 2025-го. Андрей Ильенко – военнослужащий ВСУ на Краматорском направлении. В интервью украинским СМИ бывший парламентарий рассказывает, что украинцы стоят на Донбассе насмерть 11 лет и не сдадут его и теперь. Александр Жучковский – военнослужащий ВС РФ на Краматорском направлении. Парламентарием он так и не стал, зато служит в инженерном батальоне специального минирования и пишет книгу «Как я проиграл войну». К моменту, когда эта книга будет закончена, ВСУ на Донбассе уже не будет. А где будет Андрей Ильенко? Успеет уйти и будет давать интервью о том, что «проиграно сражение, но не война»? Или попадёт в плен и будет давать показания? Или больше ничего не скажет, не осознает и так и помрёт дураком? Впрочем, мне до Ильенко нет никакого дела. Этот персонаж появился здесь случайно, в связи с воспоминаниями о довоенной жизни, в которой другой персонаж (я) был настолько политически гибким, что поехал перенимать политический опыт у людей, которые через два года начнут запрещать русский язык и давить танками русских в Новороссии. Почему слово «Украина» я знал с детства, а «Новороссия» – незадолго до того, как там вспыхнула война? Почему до 14 года я трижды был в Киеве, но ни разу не был на Донбассе? Почему я не имел никаких контактов с донецкими организациями, зато участвовал в консультациях с украинскими националистами? Почему три моих питерских друга заняли сторону Украины и сбежали из России ещё до СВО? Странный образ действий и выбор друзей для человека, который аттестовал себя как русского националиста и империалиста. А был ли я таковым? Кем я был и кем себя считал – давно не имеет значения. Но в тот период мои национально-империалистические взгляды легко сочетались с либерально-демократическими, идеи контрреволюции (восстановления Империи) – с чисто революционными. Целью «спасения России» оправдывались любые действия, включая самое тесное сотрудничество с либералами и контакты с бандеровцами. Я был страстным оппозиционером и, несмотря на «национальный окрас», страдал типичным либеральным недугом – нелюбовь к государству была явно сильнее любви к России и создавала все эти искажения и противоречия в моём мировоззрении. Эта карусель закружилась в 2012 году. Мы бегали по площадям, писали памфлеты и мечтали о великих потрясениях. Уже дымили покрышки Евромайдана – и даже тогда политическое пьянство продолжалось. Отрезвление наступило с первой пролившейся кровью. В момент реального выбора вся эта шелуха мгновенно отпала и осталось голое национальное чувство. Это чувство и привело меня и ещё тысячи добровольцев на Донбасс. *** Напоминаю о сборе на радиосвязь для нашей бригады: тыл-22.рф/гранит 2202205028860788 (Александр Григорьевич Ж.)