Post #78582

Начало Однажды Координационный совет оппозиции созвал революционеров на очередную акцию протеста на Исаакиевской площади. Локация намекала на «взятие Заксобрания» (здание петербургского парламента) – в те месяцы митинги собирали от сотен до нескольких тысяч человек, и на улицах циркулировали слухи о том, что мы непременно будем что-то «брать». За несколько часов до митинга меня задержала полиция (за координаторами протестов постоянно ходила наружка) и доставила в питерский Главк. Внимание городской полиции привлекало не столько моё администрирование уличной активности (довольно условное), сколько её подогревание в соцсетях, где я вовсю упражнялся в революционном красноречии. В Главке со мной провели суровую беседу об ответственности за возможные беспорядки и отправили в ближайший отдел полиции, чтобы я там пересидел акцию на Исаакиевской. В отделе у меня поднялась температура и я затребовал скорую, пригрозив полиции журналистским скандалом в случае отказа в реализации моих прав. Приехавшая скорая зафиксировала температуру и меня отвезли в больницу. Оттуда, отказавшись от процедур, я направился на Исаакиевскую площадь, которая была полностью забита протестантами и уже взята в тройное кольцо ОМОНа. Я поднялся на второй этаж гостиницы Астория. Там мой товарищ по революции накануне снял номер с большими окнами на площадь. Вся толпа у городского парламента была как на ладони – удобно координировать движения и информировать общественность о борьбе с режимом. Номер в Астории стоил недёшево, но на координацию тогда давали неплохие деньги. Товарищ сидел в кресле, поглядывал в окно и, прихлёбывая кофе, писал в твиттер-аккаунт, который назывался «Здесь говорят Правду». Мне он говорил, что «революцию надо делать с комфортом». Толпа на Исаакиевской была заблокирована полицией, самых активных граждан паковали и пихали в автозаки, остальные уныло расходились. Законодательное собрание работало в обычном режиме. Больше крупных несанкционированных акций в Питере, кажется, не было. Вскоре прошли президентские выборы, Медведева сменил Путин и наша борьба за свободу окончательно перетекла с улицы в твиттер. Здесь напрашивается переход к украинской аналогии с вопросом – почему «снежная революция», в отличии от «Евромайдана», провалилась, но это слишком очевидно и не слишком интересно, чтобы тратить на это время. Она не могла не провалиться, потому что «делалась с комфортом» и в неё всерьёз никто не верил. Ходили слухи, что за либеральной оппозицией тогда стояло окружение Медведева, который, якобы, не хотел отдавать престол Путину, и что тему курировал вездесущий Владислав Сурков (который позже стал помощником Путина по Украине и семь лет курировал Л/ДНР). Но разговорами на эту тему пусть развлекаются политологи. Сами политические движения, которые я описываю, не столь уж важны – потому и столько иронии. Но благодаря возникшей тогда социальной динамике появились люди и проекты, которые сыграют роль и в моей жизни, и в Русской весне на Донбассе. Я имею в виду «Спутник и Погром», «Чёрную Сотню» и Национально-Демократическую партию. *** Напоминаю о сборе на радиосвязь для нашей бригады: тыл-22.рф/гранит 2202205028860788 (Александр Григорьевич Ж.)