Post #1303

Увидела это задорное стихотворение и не смогла пройти мимо) Не кичись, Европа-дура Есть у нас своя культура: Русский дом, блины с икрой, Досто­евский и Толстой! С такими словами в 1933 году в Белграде открыли Русский дом имени императора Николая II. На Балканах уже во всю трудились русские эмигранты: они преподавали в университетах, работали врачами, строителями и архитекторами. В это время в Праге развивается «Русская акция»: местное правительство пытается сохранить «остатки куль­турных сил России» и активно финансирует рус­ские культурные и научные институты, учрежденные и развиваемые эми­гран­тами. А особенно русские эмигранты гордились Пражской труппой Мос­ковского Художественного театра: в ее составе были актеры, которые не вернулись в СССР после гастролей. Потом русская эмиграция заполонила улицы Парижа. Жил там и первый российский лауреат Нобелевской премии по литературе Иван Бунин. Его жена в дневнике написала: За эту неделю я почти не видела Парижа, но зато видела много рус­ских. Только прислуга напоминает, что мы не в России. Тут же гремели «Русские сезоны» Дягилева, писала Марина Цветаева, развивал свои философские идеи Николай Бердяев, а Ирина и Феликс Юсуповы пытались строить свой модный дом IRFE. Но кроме Парижа русские эмигранты оставили большой след и в Берлине. Кто жил и творил там, интересно рассказала Саша. Для большинства русских эмигрантов жизнь за границей давалась тяжело. Одни пытались вернуться: Алексея Толстого приняли тепло, а произведения Сергея Прокофьева запрещали. Но Бунин и многие другие не нашли в себе сил приехать обратно — их старой России уже не существовало.