Post #276

Другая история Another Story Несмотря на то, что мы, люди, цепляемся за порядок, мы очень хорошо читаем подтексты других людей. Поэтому важно, чтобы слова имели в фильме одно значение, а подтекст и действие — другое (даже прямо противоположное). Это создает трение, которое дает зрителю возможность работать; это создает импульс в истории и создает персонажей предстающих не 1:1, но имеют двусмысленность, которую мы признаем в себе, как люди. Когда я монтирую сцену, я всегда пытаюсь найти Другую Историю, историю, которая отделяется от слов и сюжета и течет под сценой подобно подводному течению. Как правило, это часть основной истории и построения персонажа, но иногда это связано с логикой или историей, которая никогда не становится понятной аудитории. Я расцениваю историю о борьбе двух людей за общее дело как историю любви. Ссора разрушит их любовь или укрепит ее? Я рассматриваю дискуссию как футбольный матч. Кто победит в первом тайме? Кто на вершине и когда? Добавив в смесь «Другую историю», я стал лучше понимать, о чем эта сцена — например, когда мы ссоримся с нашими домашними партнерами. Зрители никогда не должны узнавать о моей Другой Истории, но они получат более глубокое переживание сцены, потому что за словами и конкретным действием скрывается эмоциональная структура. Другая История — это рабочий инструмент, который заставляет меня отвести взгляд от логики слов, придавая фильму дополнительную напряженность и двусмысленность. Чтобы освободить место для чтения подтекста, важно, чтобы мы рассказывали фильм просто. «Меньше значит больше» имеет решающее значение для кинематографического опыта. Слишком часто истории и сюжеты слишком сложны. Может быть, это захватывающе, когда мы читаем сценарий, что мы можем делать в своем собственном темпе, но в кино время бежит быстро, и если что-то пропустили, то уже не вернуться и не перечитать. Запутанные истории приводят к тому, что зритель погрязает в интеллектуальных переживаниях, пытаясь проработать большой объем получаемой информации. Поэтому зритель таких фильмов никогда не вступает в эмоциональные переживания. В результате они смотрят фильм со стороны, как будто историю читает плохой лектор, и никогда не становятся частью сотворения эмоционального переживания. Простая фундаментальная история дает нам, монтажерам, возможность более глубоко проникнуть в подтекст. В этой работе речь идет не о том, чтобы все рассказать, а о том, чтобы вызвать любопытство, чтобы зритель мог начать задавать вопросы. Создать простоту из большого количества материала — большая работа; это требует бесчисленных вариантов выбора в процессе дистилляции, когда человек все глубже и глубже понимает, что лежит в основе истории, которую он хочет описать. Another Story Even though we humans cling to order, we are very good at reading subtexts in other people. Therefore it is an important tool to let words have one meaning in the film while the subtext and action have another (even the exact opposite). This creates a friction that gives the viewer something to work with; it builds momentum in a story and creates characters that aren’t 1:1, but have an ambiguity that we recognize in ourselves as humans. When I edit a scene, I always try to find the Other Story, the story that separates itself from the words and plot, and that flows like an undertow beneath the scene. Mostly it’s a part of the main story and character construction, but sometimes it’s connected to a logic or a story that never becomes clear to the audience. I regard a story about two people’s fight for a common cause as a love story. Will the fight ruin their love or strengthen it? I see a discussion as a football match. Who wins the first half? Who is on top and when? By adding the Other Story to the mix, I become more aware of the what the scene is about – like when we fight with our domestic partners. Viewers should never become aware of my Other Story, but they will have a deeper experience of the scene because there is an emotional structure beneath the words and the concrete action.