Post #1076

✍Подвёл главные геополитические итоги уходящего 2025 года и дал обзор ключевых перспектив на 2026-й в формате топ-5 1️⃣Преодоление западной дипломатической изоляции России 2025 год ознаменовался первыми значительными шагами по преодолению западной дипломатической изоляции России с начала событий 2022 года. Ключевым событием стал саммит в Анкоридже в августе между президентом Владимиром Путиным и президентом США Дональдом Трампом, который открыл канал прямого диалога на высшем уровне на западной почве и заложил основу для дальнейших переговоров по урегулированию конфликта. Знаковыми стали также визиты европейских лидеров, Роберта Фицо (Словакия) и Александра Вучича (Сербия), на Парад Победы в Москве в мае, несмотря на критику со стороны ЕС. Эти события, наряду с контактами Виктора Орбана и других политиков, сигнализируют о постепенном возобновлении диалога по линии Запад-Россия, несмотря на сохранение монополизации на антироссийский дискурс в западноевропейском поле публичной политики. На украинском фронте год характеризовался продолжением интенсивных боевых действий без решающих прорывов, но с явной стратегической и тактической инициативой России. В целом, 2025 год отражает начавшийся сдвиг в глобальном балансе, с усилением позиций России в переговорах и ростом её влияния среди стран Глобального Юга. 2️⃣Укрепление многополярного мирового порядка 2025 год подтвердил тенденцию к институционализации многополярной структуры мировой политики. Важными маркерами стали саммит ШОС в Тяньцзине (Китай), сопровождавшийся военным парадом в Пекине по случаю 80-летия окончания Второй мировой войны, а также расширение БРИКС за счёт новых членов и партнёров, включая обсуждение финансовых инициатив по торговле в национальных валютах и развитию альтернативных платёжных систем. Страны Глобального Юга усилили координацию, укрепляя экономические и стратегические связи, демонстрируя устойчивость к внешнему давлению. Таким образом, 2025 год стал важным этапом в формировании новых механизмов взаимодействия между крупными и развивающимися акторами, способствуя закреплению многополярного мироустройства. 3️⃣Переориентация внешней политики США на региональные приоритеты В 2025 году США под руководством президента Трампа оформили доктринальный поворот от глобального доминирования к фокусу на Западном полушарии, воплощённый в «Trump Corollary» к доктрине Монро. Это проявилось в усилении давления на Венесуэлу: введении морской блокады нефтяных танкеров, ударах по связанным с картелями объектам и мерах по ограничению влияния внешних акторов (Китая, России, Ирана). Эта переориентация закладывает основу для новых региональных альянсов и окажет значительное влияние на глобальную динамику в 2026 году. 4️⃣Временная стабилизация на Ближнем Востоке 2025 год принёс временную деэскалацию ключевых конфликтов на Ближнем Востоке. Кратковременное прямое столкновение между Ираном и Израилем в июне завершилось перемирием при “посредничестве” США, а в октябре было достигнуто хрупкое прекращение огня между Израилем и ХАМАС в Газе с освобождением части заложников. Несмотря на видимую «заморозку», сохраняется высокий риск возобновления эскалации из-за напряжённости вокруг иранской ядерной программы, активности прокси-групп и внутренних противоречий в региональной безопасности. 5️⃣Усиление региональных акторов и рост напряжённости в Индо-Тихоокеанском регионе 2025 год продемонстрировал значительный рост роли региональных игроков в Индо-Тихоокеанском регионе. КНДР укрепила качественную трансформацию статуса с регионального раздражителя до ядерной державы, представив на параде в октябре новую ICBM Hwasong-20 с потенциалом множественных боеголовок и дальностью, охватывающей США. Это усиливает дисбаланс сил на Корейском полуострове. Япония и Южная Корея реагируют внутренними реформами и укреплением альянсов с США, включая поставки оружия на Тайвань. Китай сохраняет жёсткую позицию по Тайваню по формуле политики нулевой терпимости, наращивая военный потенциал (итог – количественный рост конфликтогенности на 2026). 🚨Дрезденский Формат