Post #239

Чтобы понять, что происходит сейчас в йеменском Сайюне, нужно вспомнить, как этот конфликт развивался последние полгода, потому что нынешняя атака на южных сепаратистов просаудовскими силами - это не новая война, а продолжение незаконченного конфликта внутри формального союза. 3 декабря 2025 года поддерживаемый эмиратами Южный переходный совет (ЮПС) начал операцию «Многообещающее будущее» — силы ЮПС в течение нескольких дней практически без сопротивления захватили Сайюн, Тарим, нефтяные месторождения и военную инфраструктуру по всему Хадрамауту. К 8 декабря сепаратисты взяли под контроль около 52% территории Йемена — фактически всю территорию бывшего Южного Йемена. Эр-Рияд отреагировал исключительно истерично. 30 декабря Саудовская Аравия нанесла авиаудар по судну, предположительно доставлявшему оружие из Фуджейры в пользу ЮПС, и публично обвинила ОАЭ в давлении на сепаратистов с целью проведения операций у саудовской границы. Президент Йемена аннулировал соглашение об обороне с ОАЭ, потребовал вывода эмиратских сил в течение 24 часов и объявил режим чрезвычайного положения. ОАЭ объявили о выводе своего контингента. После этого саудовские авиаудары и наземные операции «Щита Родины» вернули Хадрамаут под контроль правительственных сил менее чем за 36 часов. Однако победа оказалась неполной. ЮПС фактически был расколот на две части, поскольку удерживаемые в Эр-Рияде делегаты были вынуждены сообщить о роспуске под давлением, а бежавший в ОАЭ глава ЮПС назвал это «абсурдом». Тем не менее, сепаратистские силы отступили, сохранив вооружение и командный потенциал. Их контроль над Хадрамаутом угрожал самой состоятельности йеменского правительства, поскольку нефтяные доходы PetroMasila — главный источник финансирования армии и выплаты жалований. Именно поэтому Сайюн остался зоной повышенного напряжения — присутствие структур южных сепаратистов в городе так и не было ликвидировано полностью. Нынешний штурм — это попытка закрыть этот незавершенный саудовский гештальт. Эр-Рияд стремится сосредоточить все нити управления в своих руках, чтобы любые будущие сепаратистские образования были обязаны своим существованием именно Саудовской Аравии. Иными словами, речь идет не об уничтожении сепаратизма как такового, а о перехвате инициативы. Эр-Рияд хочет, чтобы юг Йемена был его клиентом, а не эмиратским. Конкуренция не ограничивается Йеменом. В Судане ОАЭ предположительно поддерживают RSF, тогда как Саудовская Аравия — Суданские вооруженные силы. Хадрамаут — это всего-лишь один из театров в более широкой структурной конкуренции двух монархий Залива, которые номинально остаются союзниками. Ключевой вопрос сейчас — решится ли ОАЭ на реанимацию поддержки ЮПС после вынужденного отступления в январе. Если да, то регион превратится не в локальный инцидент, а в точку открытого прокси-противостояния между Эр-Риядом и Абу-Даби, на радость хуситам. Восточный Контекст