Post #1560

🌐Современная геополитическая ситуация на Южном Кавказе — статья Сергея Маркедонова @DonskoyCossack: • Значение второй карабахской войны выходит за рамки отдельно взятого этнополитического конфликта, ведь произошло значительное усиление роли Турции на Кавказе. Ближайшим следствием турецкого вовлечения в конфликт в Карабахе стало не только укрепление турецко-азербайджанского стратегического альянса в регионе, но и наращивание военно-технической кооперации между Турцией с одной стороны и Украиной и государствами Центральной Азии с другой, активизация Организации тюркских государств. • В 2023 году Азербайджан установил суверенитет над территорией Нагорного Карабаха, что привело к выводу российского миротворческого контингента. Традиционные методы влияния России как модератора мирного урегулирования перестали работать в полном объёме. Напротив, укрепилось влияние Турции на обе стороны конфликта: в первом случае через усиление военно-политического взаимодействия, а во втором — посредством дипломатического прессинга с предусловиями в виде подписания армяно-азербайджанского мирного соглашения. • В 2020 году многим наблюдателям казалось, что влияние США и ЕС на кавказские процессы ослабнет, но эти предположения не оправдались. С началом СВО на Украине Запад фактически заморозил кооперацию с Россией по армяно-азербайджанскому урегулированию, Минская группа ОБСЕ стала полностью недееспособной. И если раньше расхождения между Москвой, Вашингтоном и Брюсселем касались перспектив предоставления Грузии статуса члена НАТО, то после 2022 года армяно-азербайджанское урегулирование стало ещё одним полем дипломатической битвы. • До 2020 года Армения рассматривалась как форпост России на Южном Кавказе. Но в январе 2025 года Ереван подписал с Вашингтоном Хартию о стратегическом партнёрстве. Началось обсуждение шагов по организации референдума о европейской интеграции. Армянское руководство не просто критикует ОДКБ, а характеризует эту интеграционную структуру как угрозу для национальной безопасности. На фоне этого происходит сворачивание российского военного присутствия в республике. Если евроинтеграция пойдёт форсированными темпами, вопрос о выходе Еревана из Евразийского экономического союза встанет на повестку дня. • Грузия, которую рассматривали в качестве главного проводника интересов США, ЕС и НАТО на Кавказе, демонстрирует усложнение внешнеполитической повестки. После того как Европарламент не признал парламентские выборы, Тбилиси заявил о «заморозке» переговоров по евроинтеграции. Также Вашингтоном приостановлена Хартия о стратегическом партнёрстве. Это не означает отказа Грузии от европейской и евроатлантической интеграции. Руководство страны демонстрирует готовность к восстановлению отношений, но сами эти цели, похоже, перестали восприниматься как идефикс. • Азербайджан в регионе всегда занимал особое место, балансируя между разными центрами силы. На фоне похолодания в российско-армянских отношениях и благодаря нейтралитету Москвы в военных противостояниях между Баку и Ереваном казалось, что Россия и Азербайджан обречены на сближение. Но трагедия в небе над Актау, ответственность за которую Баку возложил на Россию, показала всю неоднозначность отношений. Очевидно при этом, что это событие не открыло, а лишь чётче обозначило имеющиеся разночтения в подходах государств. • Хотя пространство для манёвра России сузилось, меняющийся региональный геополитический дизайн создаёт для Москвы новые возможности. Этому способствует: (1) дефицит региональной интеграции, активизация внешних игроков при отсутствии единства в подходах; (2) весомое экономическое присутствие России; (3) соображения безопасности и суверенитета. Главное грамотно распорядиться ситуацией, отказываясь от инерционных сценариев и продвигая свою версию мирного и стабильного соседства, основанного на прагматике. Читать статью для @valdaiclub Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Оставляйте «бусты»