Post #2148

🌐Безопасность в Евразии — дискуссия с участием Ивана Сафранчука: • На фоне украинского кризиса может показаться, будто остальная Евразия — мирный регион, но это не так. Евразия — очень большое континентальное пространство, на котором расположено 92 государства, а также несколько непризнанных государств и самообразующихся территорий. Доля евразийского континента в мировом населении, в мировом ВВП и прочих аспектах — это всё больше половины. • Однако это пространство никогда не было организовано. Скорее, в последние десятилетия мы наблюдали тенденцию подсоединения глубин Евразии к трансконтинентальным пространствам. Сейчас в условиях трансформации мы приходим к тому, что гораздо большая часть процессов на Евразийском континенте будет замыкаться не на внешний мир, а происходить внутри Евразии. • Если посчитать вовлечённость в конфликты, которые происходили в Евразии (а это фактически 1/3 мировой конфликтности), участие в интервенциях (как в качестве субъектов, так и в качестве объектов) — получается, что в последние 30 лет примерно две трети стран незападной части Евразии сталкивались с конфликтностью. Это не очень хорошие показатели — уровень конфликтности очень высокий. • Дальше это общее положение нужно разделить на две категории: (1) устойчивые стратегические соперничества: в незападной части Евразии таких соперничеств более 20; (2) конфликты с очень сильным внешним компонентом — они возникают не по инициативе региональных держав, а по инициативе внешних держав, прежде всего — США, что в основном связано с вооружёнными интервенциями на континенте. • Евразийский континент разноообразен — у нас не может быть единоначалия. Другой аспект этого разнообразия — материальная несопоставимость, которая иллюстрируется военными расходами. На незападную часть Евразии приходится больше половины общемировых военных расходов. При этом более 60% из них приходится на Китай, Индию и Россию. Это значит, что во многих стратегических соперничествах наблюдается сильный дисбаланс материальных возможностей. • Это приводит к тому, что более слабая сторона начинает привлекать внешнего партнёра. Это создаёт механизм воспроизводства нестабильности, ведь внешний игрок требует какую-то плату за то, что он вовлекается в региональные соперничества. Он требует от соответствующего партнёра поддержки в своих соперничествах с евразийскими державами. Мы должны разорвать эту связку между существующими конфликтами и соперничествами и тем, что это обязательно ведёт к привлечению внешнего партнёра. • Страны не только по-разному видят проблемы, но и по-разному видят решения, поэтому стройной системы не получится. Описываемая ситуация требует действий от разных государств. Крупнейшим странам, для которых глобальная гегемония большая проблема, чем региональная, нужно потребовать нейтралитет от более мелких государств. Небольшим же странам от больших игроков Евразии нужно обязательство не нападать. Смотреть запись дискуссии на площадке @valdaiclub Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»