Post #2047

— Юлдуз (Гелишикли — Гуль), 1962 г.р., гнедой жеребец ахалтекинской породы Когда я только начала заниматься лошадьми (в 1998 г.) — и читать журнал «Коневодство и Конный спорт», — меня больше всего поразила ахалтекинская чистокровная порода, древнейшая из известных пород. Это были самые красивые и самые загадочные лошади. Эталоном красоты и загадочности стал Юлдуз, чье фото я увидела в статье, посвященной самому знаменитому коннозаводчику этой породы В.П. Шамборанту. Мне, честно, лень доставать свои архивы с верхней полки шкафа, так что цитирую то, что нагуглила (и показываю все нагугленные фотки Юлдуза): «Юлдуз» по-туркменски значит «Звезда», — рассказывал о нём Владимир Петрович, — он был отличного происхождения. Сын Гелишикли, чемпиона породы, красивейшего жеребца золотисто-гнедой масти, и Гуль, самой красивой нашей кобылы. Юлдуз имел самую длинную шею и самую сухую голову. Его шаг был в полтора раза длиннее, чем у других. У него была тонкая нежная шерсть, высокий выход шеи и необыкновенная длина ног, говорящая о прочности связок и сухожилий…» Я много лет собирала все, связанное с породой, и отлично ориентировалась в родословных. Когда 2006-м пришла на курсы инструкторов, меня потрясло, что в учебно-прокатной смене работает жеребец-производитель Гарсак (еле нагуглила его фотку, последняя в подборке). Он был для меня каким-то мифическим созданием, родившим чуть ли не половину текинцев Петербурга. И вдруг я сижу на нем, и ничего мифического в нем нет — это просто пожилая (ему было 19 лет) послушная лошадка, ничем не примечательная, хоть и симпатичная. Еще в смене был его сын Елангаш. В итоге все курсы я проездила на самом сложном из учебных коней — жеребце-иноходце американской рысистой породы по имени Кросс, которого никто особо не любил и не хотел брать на занятие. А мне с другими лошадьми было скучно. Показательно, что кроме текинцев, которые считаются очень сложными в обращении и вообще воспринимаются как экстравагантная крайность, я больше всего люблю мосластых деревенских лошадей, лишенных какого бы то ни было изящества. Отличная иллюстрация моего неизбывного максимализма. За конным миром я не слежу уже очень давно, но как адепт бритвы Оккама часто обращаюсь к своим истокам. В комиксах про майора Грома встречаются безымянные фоновые персонажи. Когда для романа про лошадок мне понадобилось как-то назвать мать Алтана (в каноне она погибла, а в романе вполне жива и сыграла небольшую, но важную роль), я назвала её Юлдус (с/з в транслитерации этого слова взаимозаменяемы). В Кукушке мне понадобился оригинальный персонаж из той же семьи, и вновь я назвала его Юлдусом. На этот раз пригодилось и буквальное значение слова — «звезда». #буква_за_буквой#процесс