Post #3239

Бои у озера Хасан. Продолжение… За месяц до “вероломного” нападения японцев Дальневосточная армия была преобразована в Дальневосточный фронт, советские войска начали стягиваться к границе и рыть окопы, причем не только на своей, но и на спорной территории. Разумеется, японцы протестовали, требуя восстановить статус-кво, но советский НКИД категорически отрицал как нарушение границы, так и факт строительства укреплений. В общем, к началу “внезапного” нападения, к границе были стянуты около 15 тысяч советских военнослужащих и более 1000 самолётов. После ряда мелких стычек 6 августа началась 45-минутная артподготовка, за которой последовали две массированных бомбардировки, в том числе и химическими бомбами. После началось наступление советских войск. 10 августа японцы вынуждены были начать переговоры, и на следующий день было подписано мирное соглашение, по которому граница установилась на основании предыдущего соглашения 1860 года. Спорная территория “вернулась” к СССР. Вроде бы победа. Но, как вынужден был признать Ворошилов, "эта победа маленькая, притом дорого нам стоящая, мы могли бы иметь, повторяю, ту же и более блестящую, более разительную победу малой кровью". Безвозвратные потери советской стороны составили 1943 человека, санитарные – 3279, а всего – не менее 5222 человек. Японские много меньше – 1440 человек: 526 убитыми и 914 ранеными. При этом советские войска так и не выбили японцев с двух сопок – на момент заключения перемирия их ещё занимали японские солдаты, которые сами их покинули после оформления перемирия. По словам главы отделения оперативной подготовки Генерального штаба Василевского, “боевая подготовка войск, штабов и командно-начальствующего состава фронта оказалась на недопустимо низком уровне. Войсковые части были раздёрганы и небоеспособны; снабжение войсковых частей не организовано. Обнаружено, что Дальневосточный к войне плохо подготовлен (дороги, мосты, связь) …” По словам комкора Григория Штерна благодаря “чисткам” армии командиры рот "в среднем заменялись по 5 раз в течение 1938 года", да и в штабе армии "было не больше 15–20% личного состава". Маршал Блюхер попал в собственную ловушку: слишком долго заверял вождя, что "войска фронта хорошо подготовлены и во всех отношениях боеспособны" и уж "на вражьей земле мы врага разгромим малой кровью, могучим ударом…" При этом он лучше, чем кто бы то ни было, знал: войска столь мало боеспособны, что не в состоянии реализовать поставленную Сталиным задачу – ни быстро, ни малой кровью. В общем, хвалиться было нечем, но бои на Хасане были объявлены триумфом. Потери врага были традиционно завышены, а свои свалены на командующего Блюхера, отстраненного от командования за “неспособность выполнять свои функции”. Донос на него составил командированный к месту конфликта профессиональный доносчик Лев Мехлис. Однако стратегическое сражение было выиграно. Сталину удалось не допустить "несвоевременного" прекращения японо-китайской войны. Мало кто тогда понял, что в реальности сокрыто в сталинской многоходовке. К тому же много знавших об изнанке провокации вскоре убрали, зачистив концы. В том числе Блюхера и Фриновского. По материалам Радио Свобода #МожемПовторить